— Конечно, — соглашаюсь с графом.
— Проходи-проходи, — зовет он в свой кабинет. — У меня тоже есть к тебе пара вопросов. День сумасшедший, надо все успеть.
Захожу. Граф сразу же переходит к делу. Время на формальности не тратит. Видимо, правда торопится. Беннинг садится за свой стол, раскладывает бумаги и показывает мне на место, куда можно сесть. Граф пролистывает несколько листков и переводит взгляд на меня.
— Так, вот. Сначала неприятное. Его Величество подписал указ о лишении дворянских званий всех участников. Они будут исключены из дворянской бархатной книги, — сообщает Беннинг. — Так что ваш отец лишится титула.
— Понимаю, — говорю графу и замечаю, что он ждал другого ответа.
— Ничего не хотите мне сказать? — спрашивает Беннинг.
— Думаю, вы мне сейчас сами что-то скажете, — высказываю очевидную догадку.
Вмешиваться в решения короля — бессмысленно. Беннинг вряд ли сможет и захочет на него влиять. Решение по поводу пленных и Бастиана вполне очевидное.
— Да, скажу, — подтверждает Беннинг. — Некоторые из людей твоего отца, двое точно, не поступятся дворянским званием ради жизни. Так что, как минимум двое его друзей в любом случае будут казнены.
— Мне это безразлично, — честно говорю. — Я их не знаю и узнавать не собирался.
— Хорошо, это мы решили, — кивает граф. — Теперь по поводу вашей награды. Есть пожелания?
Беннинг перебирает стопку бумаг, а я тактично выдерживаю паузу. Жду, пока он снова сосредоточит внимание на мне.
— Принципиальных пожеланий нет, — говорю. — Но есть вопрос. Мне в своё время сообщили, что как только будет освобождаться дворянское звание, оно сразу же будет моё. Этот уговор в силе?
Брови графа приподнимаются, но его лицо не выражает никаких эмоций.
— Да, конечно. У меня подготовлено несколько, аж целых три на выбор, выбирайте любое. Два баронства, одно графство, — перечисляет Беннинг. — Даже маркизат есть, только очень маленький. Но в маркизате придётся повоевать самому.
— Да нет, я бы хотел попросить дать мне графское имя моего отца, — перехожу к делу.
— Графство Меллен? — удивляется Беннинг. — Да ради всех богов! Там делать нечего, Виктор, оно довольно нищее. Зачем вам эти руины? Да и людей там раз, два и обчелся.
— Это не имеет значения, — останавливаю перечисления графа. — Мне важно, что мы фактически оставим всё как есть. Семья не пострадает. Разве что отец. Но тут не мне спорить с решениями Его Величества.
Делаю небольшой заброс, чтобы понять варианты: вдруг всё-таки получится немного изменить приказ.
— Да, это так, — жёстко говорит Беннинг. — Те, кто примут предложение короля, должны будут произнести клятву. Король сейчас пишет её, а скреплять будете вы, Виктор.
Настроение и ответы Беннинга сразу рассказывают о непоколебимости королевских решений. Что ж, для очистки совести я старался.
— Так и подразумевалось, — пожимаю плечами. — Не вижу проблем, от своих обещаний не отказываюсь.
— Это хорошо, — чуть мягче отвечает Беннинг. — Да, за графство ты тоже принесёшь королю клятву вассалитета. Иначе никак.
— Это тоже понятно, — подтверждаю. — Думаю, что вряд ли у вас есть свободные графства.
— Это так. Уже давно нет. Но ты можешь попытаться взять деньги и завоевать какое-нибудь баронство, потом ещё парочку и останешься свободным бароном на границе, — предлагает Беннинг. Потом, может быть, даже станешь графом.
— Только убить мне на это придётся лет восемь-десять, — вторю Беннингу.
Феофан с опаской следит за нашим разговором. Он отыскал чашку на дальнем столе и периодически опускает туда руку.
— Не без того, — соглашается со мной граф.
— Мне, по большому счёту, этот титул не очень нужен, — честно говорю. — Но я думаю, отца это убьёт, тем более, если останется без него. Пусть он сам и храбрится, но я в это не особо верю.
— Я тоже так думаю, — спокойно соглашается со мной Беннинг. — Ладно, с этим решили.
— Это все неприятные новости? — спрашиваю графа.
Глава 5
Куда едем?
— Нет, Виктор, не все, — граф подбирает слова. — Я понимаю, что ты обещал своему синему другу не выдавать его местонахождение, но так получается, что нам его помощь в ближайшее время будет очень нужна.
— В каком смысле? — не понимаю.
— В прямом. У нас тут двадцать магов с относительно промытыми мозгами и клятвами. Но самое важное тут… — граф прерывается.
— Можно, Ваше Сиятельство? Бумаги! — в кабинет заглядывает уже знакомый секретарь графа.
— Проходи, проходи, — машет рукой Беннинг.
Парень быстро проходит к столу, узнаёт меня, кивает, отдаёт на подпись несколько листов и, пока Беннинг их просматривает, тихо говорит: