Паркуем байк возле серого дома. На всякий случай завожу его за угол, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Открываю тяжелую дверь.
— Здравствуйте, — приветствую мужика на входе.
Администратор на входе — тощий высокий мужик, курносый, с маленькими глазками. Лицо не выражает никаких эмоций. Ни разочарования, ни удивления моему приходу. Абсолютно ровное отношение. Делаю вывод, что он либо очень хороший актёр, либо он все-таки не имеет отношения к истории с моим отцом.
— И вам того же, — произносит мужик. — Ваш отец уже ушел. Обратно не возвращался. Мы закрыты.
— Совсем закрыты? Или граф еще на месте? — уточняю, зная трудолюбие Беннинга.
— Он ещё на месте, — говорит администратор безучастным тоном. — Но рабочий день давно закончился, шансов застать его в кабинете у вас всё меньше и меньше.
— Да, понимаю. Извините за странный вопрос, а вы не подскажете, кому вы говорили о том, что граф Меллин — мой отец? — задаю вопрос.
Мужик никак не меняется в лице.
— Я? Никому, — отвечает он. — Мне это вообще неважно: кто чей отец. Это никак не влияет на выполнение обязанностей, а распространять слухи инструкция не позволяет.
— Хорошо, а кто вам сказал, что граф Меллин — мой отец? — перехожу к самому важному вопросу.
Если сказал Беннинг или капитан Громов — вопрос закольцован, и никаких видимых вариантов развития. В таком случае придется попотеть, чтобы разгадать эту загадку. А вот если сказал другой человек…
— Хмм… дайте-ка подумать, — мужик замолкает на полминуты. — Так, это… секретарь Беннинга и сказал.
— То есть? — переспрашиваю. — Как он сказал? Когда?
— Он спросил, зачем сюда пришёл отец нашего мага, — рассказывает администратор. — Я сразу понял, о ком речь — нашим магом являетесь только вы. Я ещё переспросил: кто это — отец? Вот он мне вашего отца и показал, сказал еще: «Вон тот, который с капитаном разговаривает». Я и запомнил… Да, он как раз утром мимо меня проходил и спросил.
— Да, понятно, благодарю! — киваю.
У меня сразу же складываются кусочки незамысловатого пазла, и одновременно совмещаются разные части истории. Зря я подозревал администратора. Нормальный он мужик.
— Спасибо, — еще раз благодарю. — Вы говорите, граф Беннинг ещё на месте?
— Да, был на месте. Если поторопитесь, еще застанете, — подтверждает мужик.
Не трачу времени и тороплюсь наверх к графу. Лестничные ступени перепрыгиваю сразу по две.
— Вить, разве утро вечера не мудренее? — спрашивает Феофан возле двери Беннинга. — Может, ну его? Утром придем.
— Нет, Фео. Утром может быть поздно, — отвечаю фею, громко стучусь и открываю дверь в кабинет.
Граф сидит за столом, склонившись над бумагами. Возле стула валяются скомканные листы. Иногда мне кажется, что он спит и ест здесь же, не выходя из своего кабинета.
— Виктор, вы меня удивляете! — поднимает уставший взгляд Беннинг.
— Да, Ваше Сиятельство. Я к вам с плохими известиями, — сообщаю.
— Сегодня уже плохих известий слишком много, — вздыхает Беннинг, отодвигая часть бумаг. — Двух человек мы уже казнили. Огромный пожар в нижнем городе. Подрались две крупные банды. Нападение на дворянина в районе среднего города. Кстати, где-то там ваш дом. Не видели?
— Да, это всё одно, — подтверждаю. — Об этом я и пришел поговорить. — У вас в бумагах указано, на какого дворянина? — уточняю.
— Нет, ничего написано, — Беннинг скрупулезно пересматривает бумаги. — Указано только «на дворянина и мага». Нападавшие не могут быть задержаны по причине смерти. Да и число хорошее — нашли двадцать трупов. Несколько из них под вопросом.
Феофан неоднозначно хмыкает за моей спиной и устраивается на уже знакомом столике с глубокой чашкой.
— Как минимум в городе станет чище, — усмехаюсь. — В общем, напали на моего отца. Точнее, засада ждала меня, а в качестве приманки взяли Бастиана.
Беннинг протирает глаза и хватает тонкую стопку бумаг. Раскладывает их на столе и снова собирает.
— Так, подождите, Виктор, — задумчиво говорит он. — У меня в докладе ни полслова об этом. Интересное дело. Секретарю по шапке дам — должен был поставить отметки, опросить в конце концов. Это же важная информация! Так, присядьте и спокойно объясните, что случилось?
Не принимаю предложение Беннинга и остаюсь стоять возле стола.
— А секретарь где? — спрашиваю графа.
— Домой ушёл. На улице ночь, поручений к нему все равно никаких нет, зачем держать зазря, — пожимает плечами он. — Тем более у него какие-то дела с дядюшкой. Кстати, с тем самым, который его ко мне пристроил. Хороший он парень, скромный. Ладно, рассказывай, что у тебя по ситуации.