— Понятно. Спасибо за разъяснения.
Когда подходим к баронессе Рамине и Эве, здороваюсь первой:
— Доброго дня!
— Доброго дня, — улыбается Вариса.
Дамы здороваются, после чего Вариса наглядно демонстрирует то, о чём только что рассказывала: интересуется здоровьем, отмечает, что зал роскошен, и в завершение спрашивает, успели ли дамы попробовать закуски.
— Успели, — оживлённо кивает Эва. — Тарталетки, украшенные огуречными розочками, чудо как хороши… А десерты заказывали в вашем кафе?
Вопросительно смотрю на Варису, поскольку не знаю ответ. Она кивает:
— Так и есть. Вам они понравились?
— Да! Особенно торт с клубникой.
— Тогда нам стоит поспешить, чтобы успеть его попробовать.
— Конечно, дорогая, — кивает баронесса Рамина, — торт действительно очень хорош. Позже у нас ещё будет время поговорить.
По пути в банкетный зал здороваемся с несколькими дамами, знакомыми нам по мероприятию у графини. А ещё с нами здоровается незнакомый мужчина в годах. Вариса останавливается, представляет меня ему, они обмениваются несколькими фразами о великолепии приёма, а потом мы продолжаем путь.
В фуршетном зале вдоль стен расставлены столы с закусками, напитками и десертами. Один стол отведён десертам из нашего кафе. На нём ряды пирожных и три больших торта. У каждого стола стоят двое слуг. Один держит поднос с тарелками и столовыми приборами, второй накладывает на эти тарелки угощение. Стульев или кресел в помещении нет.
— Не бери слишком много за раз: трёх-четырёх закусок будет достаточно. Если не наешься, можно позже взять ещё. Подходить к тем, кто стоит с тарелкой, невежливо, так же как и заговаривать. Уместно будет приветствовать кивком. Но если всё-таки кто-то к тебе подойдёт и заговорит, ни в коем случае не ешь. Договори, а уже после этого продолжай трапезу.
— Хорошо.
Блюда на фуршетном столе можно назвать произведениями искусства: тонко нарезанное мясо с завёрнутыми в него овощами; шпажки с нанизанными на них копчёной колбасой, кубиками хлеба, овощами, сыром и кусочками рыбы; тонкие ломтики хлеба без корочки с красиво уложенной начинкой. На одном из ломтиков замечаю огуречные розочки. Это единственная закуска, украшенная подобным образом, из чего делаю вывод, что это и есть те самые тарталетки.
Прошу наложить мне на тарелку их и ещё два вида закусок, после чего жду Варису, и мы вместе отходим от стола.
Стоит положить первый кусочек в рот, слышу густой бас:
— Баронесса Вариса! Ты ли это?!
К нам подходит лысеющий мужчина с объёмным пузиком:
— И правда, ты! Кто бы мог подумать!
Вариса едва заметно кривится, а затем кладёт вилку на краешек тарелки и учтиво улыбается:
— Здравствуйте, барон Цирзой. Позвольте вам представить мою воспитанницу баронессу Аннари Балтейн.
— Ну, здравствуй, Аннари! Вариса, чего ты ко мне так официально? Мы же с тобой давние друзья! Сто лет тебя не видел! Постарела ты знатно, а гонору столько же. Думал, ты уже насовсем уехала. Не прижилась в столице?
— Вам не стоит за меня беспокоиться, — взгляд Варисы леденеет.
— Небось все денежки промотала и вернулась, поджав хвост?
— Я не нуждаюсь в деньгах, если вы об этом. Спасибо за беспокойство.
— Похоже, за эти годы ты совсем не изменилась! Как была ледяной змеюкой, так и осталась. Ладно, наедайся на дармовых харчах, а мне пора.
Он разворачивает и уходит. Любопытно узнать, что только что произошло, но спросить об этом прямо кажется бестактным. Вариса отправляет в рот кусок рулета, прожёвывает, потом вздыхает:
— Ты только что видела пример дурного воспитания. Постарайся избегать этого человека — он думает, что за деньги можно купить всё. А если ты ему откажешь, отнесётся к этому как к набиванию цены. Лучшим выходом будет игнорировать оскорбления и не провоцировать дальнейшее развитие беседы. А ещё не принимать от подобных типов никаких приглашений, никуда с ними не ходить и постараться никогда не оставаться наедине.