— Звучит неплохо. Тогда пирожные с кремом сверху можно будет назвать просто «кремовыми»; с песочной основой — «корзинкой с кремом»; те, в которых орехи — «ореховыми». А когда появятся фрукты и ягоды, добавим «ягодные».
— А печенье можно разделить по форме. Какие-то делать круглыми, какие-то квадратными, какие-то треугольными.
— Отлично.
— А ещё Даймрэ спросил, будет ли отличаться стоимость пирожных с разными начинками?
— Думаю, будет проще, если продавать их по одинаковой цене. А что думаешь ты?
— Я с вами согласна.
— Тогда пойдём сообщим художнику.
Даймрэ выслушивает нас и предлагает:
— Давайте тогда я вверху расположу название, затем нарисую пирожные с разным цветом крема, под каждым подпишу его цвет, а цену расположим в самом низу?
— Хорошо.
Из-за того, что со стоимостью пирожных мы пока так и не определились, просим оставить это напоследок. Он соглашается и уточняет:
— Мне рисовать пирожные вместе с блюдцами, или без них?
До меня доходит, что посуду для кафе мы пока не купили. А надо бы.
Вздыхаю:
— Давайте без блюдечек.
Когда выходим, делюсь новой проблемой с Варисой. Она улыбается:
— Радует, что ты вспомнила об этом сегодня, а не в день открытия. Я знаю парочку магазинчиков с хорошим выбором. Могу показать.
— Сейчас не получится. Мастер обещал, что сегодня доставит мебель. Нужно убедиться, что она такая, как мы договаривались, и расплатиться.
— Тогда я поеду с тобой. Покажу, как расположить мебель в своей спальне. Да и над остальными комнатами подумаем.
Приезжаем как раз вовремя, чтобы проконтролировать процесс переноски, сборки и установки мебели. Всё проходит гладко, поэтому уже спустя час жилая часть нашего дома выглядит гораздо более обжитой.
Затем мы обсуждаем с мастером Биззаброзом ремонт и отправляемся в посудную лавку.
Нам везёт, в первом же месте находим чашки и тарелки, покрытые эмалью нужного цвета. Вариса уточняет, можно ли дорисовать листочки на готовые изделия, и лавочница заверяет, что да. Достаточного количества посуды в наличии нет, но можно заказать, что мы и делаем. Чайные ложки и вилки приобретаем в этом же магазине и оставляем адрес для доставки.
Как замечательно, что проблема решилась, не успев возникнуть!
По возвращении домой выясняется, что художник продолжает усердно трудиться. Чашка недопитого чая и недоеденное пирожное говорят о том, что Даймрэ прерывался на перекус.
Очень любопытно, понравится ли мне его работа, поэтому прошу показать наброски. Опасаюсь, что моё недоверие его обидит, но он спокойно протягивает несколько листов:
— Я зарисовал подробно только с края, чтобы понимать, какая текстура какого цвета. Попробовал разные ракурсы и показываю самый, на мой взгляд, удачный.
Рисунки меня поражают: большая часть пирожного изображена схематично, а вот та, что он успел прорисовать, напоминает фотографию, пусть и плохого качества. Само пирожное расположено так, что видны слои и украшенная цветком верхушка. Киваю:
— У вас действительно талант. Мне очень нравится.
На щеках художника появляется румянец и он смущённо опускает взгляд:
— Спасибо.
— Не буду вам мешать. Продолжайте.
Отвожу Рису в сторону и прошу накормить Даймрэ обедом. Десерты — это хорошо, но основной приём пищи из-за них пропускать не стоит.
Пользуясь тем, что выдалась свободная минутка, отправляюсь к дочке.
Татины в её комнате нет. Смотрю в окно, выходящее в сад, и вижу родной маленький силуэт, мелькающий среди деревьев. Похоже, они с Литой и Чернышкой играют в догонялки, а Мира за ними присматривает.
Улыбаюсь. Думала, дочка будет сидеть и ждать, пока её мамочка освободится? Как бы не так. У малышки своя жизнь и есть занятия поинтереснее.
Раз уж план провести время с дочкой провалился, отправляюсь к Варисе, которая собиралась вернуться к муштре персонала.
Прихожу в разгар импровизированного спектакля: баронесса и Рансон сидят за столом, видимо, изображая клиентов, а подавальщица Биана, румяная черноволосая девушка с пышными формами, несёт им пустые стаканы и блюдца. Вариса внезапно начинает эмоционально жестикулировать, но подавальщица не теряется и быстро отступает на полшага. Затем привлекает к себе внимание:
— Господа, позвольте расставить на столе угощения, которые вы заказали.
Баронесса величественно кивает, ждёт, пока девушка расстелет салфетки, расставит тарелки и стаканы, а затем одобрительно произносит