Осень выдалась холодной. Первый снег пошёл очень рано, уже в конце сентября, что необычно для этих мест. Люди начали затапливать свои дома, кутались в тёплые шубы, а по вечерам старались не выходить. Однажды, в один из таких вечеров, послышались короткий стук о дверь. Хозяйка, увлеченная готовкой ужина, не сразу услышала тихий голос мальчика за дверью.
Сердце кровью обливалось каждый раз когда щуплый маленький мальчик выходил за дверь кафе. Каждый в округе знал мальчика и его историю. Потеряв родителей тот попал в руки ненормальной тётки и всячески подвергался издевательствам. Выгнать мальчика за дверь в минусовую температуру, в одной лишь майке, для неё было расплюнуть. Он был наказан за непослушание. В такие вечера он оставался в кафе до самого утра, иногда за ним приходила разъяренная тётя, со всей уверенностью заявляя что маленьким мальчикам не место в подобных заведениях.
Годы шли, мальчик рос, тело крепло. Каждый мужчина в заведении с большой радостью делился с мальчиком со своими знаниями, а тот в свою очередь впитывал все словно губка. Кто-то научил его драться, укрепляя в нем силу духа. Когда другие дети учились кататься на великих, он уже твёрдо сидел за рулём очередного байка. Мальчика не отошли стороной и музыкальные гости, он прекрасно владел гитарой, его нежный чарующий голос окалдовывал многих, а танцевальные навыки сковали идеальные пропорции. Джун с гордостью смотрел как его сын становился мужчиной и был благодарен ему за то, что тот стал старшим братом для его дочери.
Однажды в дверь заглянула ещё одна светлая макушка. Осторожно ступая, тот подошёл к барной стойке и остановился у вывески меню. Глаза его, будто из стекла, ничего не выражали, а стальное тело приняло стойку статуи с большим грузом на плечах. Джун сразу узнал сына председателя местной больницы. Тот славился яркой жизненной позицией, капитан баскетбольной команды, участник какой-то музыкальной группы, победитель во многих конкурсах и всегда первый в школе, многие ребята старались подражать ему... Но сейчас, стоя перед Джуном, он казался... потерянным(?)
- Если не знаешь что брать - неожиданно возник Чимин - всегда бери первое что приходит на ум, лапшу и какао например.
- Не сочитается - на выдохе произнёс парень.
- И что? - в недоумении поднял бровь Чимин.
- И правда - парень оплатил заказ и отошёл к самому крайнему столу.
- Вообще-то не вежливо вот так просто уходить - Чимин сел напротив нового знакомого - Ким, мне тоже самое - крикнул он на все кафе.
Джун улыбнулся и поднял руку, выражая тем самым свое участие. На самом деле ему нравилась в Чимине эта черта характера, чтобы ни происходило, тот всегда ко всему относился с позитивом, а с высоким уровнем эмпатии он без труда заряжал и остальных. Светлый мальчик ел без вкуса, его стеклянные глаза смотрели в никуда, а отчаянные попытки спастись из плена небытия выражались только на подрагивающихся пальцах рук. Он ничего не говорил, молча ел и только слушал что говорил ему незнакомый друг. Точно друг, почему-то его больное сердце дало ему именно это понятие, ему нужен был хоть кто-то чтобы не нырнуть в омут одиночества. Доев, он поднялся, кивнул головой и удалился.
Через неделю стали известны неутешитильные новости. У сына председателя больницы нашли порок сердца. Что казалось чем-то невозможным, учитывая что его с детства окружали лишь врачи, но прогнозы уверяли лишь одно, это реально.
Тэхен ушёл из команды, забросил группу и только учёбу как-то держал на плаву, и вот так его яркая личность потускнела. Мальчик начал приходить в кафе все чаще, его светлая голова стала привычной, а Чимин рядом с ним незаменимым. Придавленный реальностью, он стал своим.
Джун с тоской смотрел на опустевший стол, с болью в сердце наблюдал за одинокой оболочкой сына и скучал по улыбке старого знакомого.
То лето пролетело слишком быстро. Он чувствовал это сильнее всех, видел взгляды влюблённых, Тэхен рядом с ней расцвел. Однажды он заметил как Тэ старательно учит девочку кататься на мотоцикле, как водит кругами, их яркие улыбки когда стало получаться. Когда компания встречались втроём, был полный балаган, от смеха сотрясались стены. Джун был счастлив, но часы неумолимо двигались вперёд. Врачи ставили неутешитильные прогнозы, осталось жить пол года, в лучшем случае год. На родителей Тэ без боли не взглянешь, их сын угасал на глазах.