— А ты умеешь удивлять! — довольно произнесла Ведьма. — Прямо в корень зришь! Сейчас…
Позвонив колокольчик, княгиня вызвала одно из своих охранников, ожидающих конца аудиенции за дверью.
— Принеси-ка мне, голубчик, — обратилась Ярина к мужику, — ларец… Дай бог памяти… А! Под вторым номером!
— Будет исполнено, Ваше Сиятельство, — поклонился чернорубашечник и моментально исчез в коридоре.
Буквально через пару минут он явился снова и поставил рядом со Светланой Кузьминичной полукруглый продолговатый футляр, выполненный явно из серебра.
— Это ты хотел? — открыв его, продемонстрировала старуха узкий и короткий, до блеска отполированный клинышек серого цвета.
— Фаланга демона? — поинтересовался я.
— С ноги. Как определил?
— Чую подобное. А стрелять этой стрелкой из чего? Я, конечно, и сам могу оружие смастерить, но время понадобится.
— Там внутри трубка лежит. С одного конца её косточку вставляешь, а с другого поршень с пружиной оттягиваешь. Для выстрела необходимо взведённый поршень со стопора снять. Ну, а дальше надеяться исключительно на свои Дар и везение. Учти, второго шанса у тебя не будет. Да и последний такой заряд у меня остался… Честно говоря, даже не надеялась, что когда-либо и он пригодится. А тут вот оно как подфартило: не пропадёт добро. Чего тебе ещё надо?
— Остальное сам найду.
— Ну, тогда и иди восвояси. Завтра к вечеру приходи. А в полночь и начнём — самое лучшее время в Преисподнюю отправляться. Да! Своему непутёвому Беде предай, что если завтра часиков в девять утра он ко мне случайно заглянет, то гневаться не буду. И пусть угощение прихватит.
— Какое угощение?
— На его вкус. Но если мне не понравится, выгоню взашей. Всё! Устала уже от тебя!
Всё те же охранники проводили меня до выхода. Уже около него вернули любимый зачарованный кастет. Оседлав велосипед, я направился к Беде… Вернее, к князю Николаю Ярину.
— Здорово, Ваша Светлость, — поприветствовал я старика, как только вошёл в спортзал. — Бабушка передавала привет и ждёт завтра в гости.
— Растрепала, карга старая, — в сердцах сплюнул Беда. — А ты, Родька, раз знаешь, прояви уважение и рот свой на замке держи. Я, конечно, не Алтайская Ведьма, но вывернуть тебя наизнанку смогу. Только сейчас не до этого. Рассказывай.
Подробно пересказав наш диалог, я уставился на задумчивого Беду. Тот сейчас очень напоминал родную бабулю, только пялился не на огонь в камине, а на вялую осеннюю муху, ползущую по стене.
— Странно, — наконец-то изрёк он. — Всё очень странно.
— То, что Алтайская Ведьма была со мной настолько откровенна?
— Нет, Родион. Тут всё как раз нормально. Она всегда плевала на государственные и семейные тайны, если видела выгоду в их использовании. То, что ты влип, понятно было, как только Алтайская Ведьма тебя от тренировок своих отлучила. Меня волнует иное. Почему меня позвала после стольких лет игнорирования? Да ещё «правильное» угощение какое-то должен принести… Теперь сижу и ищу подвох.
— Может, коньяк взять? — предложил я. — Чтоб прямо безумно дорогущий и старше самой княгини был! Ну а чего? Не понравится ей, сам примешь, как лекарство от расшатанных нервов. При любом раскладе — польза.
— Если ей не понравится, то эта бутылка о мою голову разобьётся. Поверь, я знаю, о чём говорю. Хотя… Быть может, и есть в твоих словах правда. В конце концов, не тортик же нести: Алтайская Ведьма к такому равнодушна полностью. Её вообще от всяких кулинарных изысков давно воротит.
— Тогда борща домашнего кастрюлю притарань! — рассмеялся я. — Вера у отца-повара рецепт переняла и так готовить научилась, что хоть на выставку вези!
— Прямо в кастрюле? — задумчиво произнёс Беда, всерьёз восприняв мою шутку. — Должно сработать. Скажи Вере, что я через пару часиков продукты занесу.
Глава 12
Дед Беда, он же князь Николай Александрович Ярин, явился к семейному особняку ровно в назначенное время. Дворецкий, явно до этого не видевший внука госпожи, с удивлением уставился на держащего эмалированную кастрюлю гостя, у которого вдобавок из кармана торчало горлышко коньячной бутылки.
— Чего уставился, болезный⁈ — усмехнулся Беда, отчётливо понимая, какое впечатление сейчас производит. — Посторонись. А то ведь если борщец остынет, ты первым от хозяйки по щам получишь. Вот такой каламбурчик у нас намечается.
— Э-э-э-э… Как вас представить? — сделав выводы из вчерашнего горького опыта, слуга не стал сразу захлопывать перед носом старика дверь.