— Да хоть как представляй, лишь бы не голым. А Алтайской Ведьме передай, что внучок явился. Ждёт она меня. Уже, наверное, все глазоньки проглядела.
Лакей облегчённо выдохнул и с широкой улыбкой на всё лицо полностью открыл двери. Про этого гостя его предупредили заранее, так что никаких проблем быть не должно.
Охрана княгини не стала обыскивать и задавать лишних вопросов, но до покоев хозяйки проводила, внимательно наблюдая за странным персонажем. Войдя в комнату, Беда молча поставил на стол кастрюлю, потом немного подумал и выставил рядом с ней коньяк. Только после этого он обратился к княгине, которая, кажется, не обратила на появление внука никакого внимания и по своему обыкновению любовалась каминным пламенем.
— Я тоже рад тебя видеть, бабушка, — ехидно произнёс он. — Даже мысленно сделал поклон, аж до самой сырой земли.
— Борода седая, а манер так и не набрался, — нехотя повернувшись, ответила старуха. — Как был Коленькой-дурачком, так им и остался.
— Ну, если служить Родине ты считаешь дуростью, то так оно и есть, — парировал Беда.
— С твоими данными нужно было не дрессированной собачкой у ног императора скакать, а дальше развиваться во славу рода Яриных. Теперь уже поздно — просрал ты свою возможность возвыситься.
— Ну, сама виновата, Светлана Кузьминична. Темнила до последнего, вместо того, чтобы нормально внука наставлять. А свои возможности я не упускаю.
— И это очередная твоя ошибка, Николай. Хоть армию вокруг себя создай, уже не поможет. Нет твоего влияния в Российской империи. Вот подчинённые твои поумнее командира оказались, поэтому давно строят политическую карьеру или делают ставки на серьёзных людей, способных стать у руля власти.
— В первые годы после Великого Размытия понадобится не политик на троне, а именно боевой офицер, способный обуздать хаос и не допустить междоусобицы между родами. Я ни с одним из семейств интересами не связан, поэтому могу заслужить доверие каждого влиятельного рода.
— Тут не стану спорить. Но ты стар и бездетен. Последний из рода Яриных. Что будет после твоей смерти? Та же самая междоусобица.
— Ничего не будет, — возразил Беда. — Назначу из наиболее достойных преемника и передам ему власть.
— А остальные сильные рода спокойно будут смотреть, как такой жирный кусок проходит мимо их ртов? Насмешил в очередной раз. Дворец — это не армия, Николай, и твои солдафонские принципы тут не сработают… Чем так вкусно пахнет? — задала Алтайская Ведьма неожиданный вопрос, совсем не относящийся к теме.
— Сама угощение просила. Вот теперь и расхлёбывай… Вернее, хлебай.
Нехотя поднявшись с кресла, старуха подошла столу, приподняла крышку кастрюли и впервые за всё время улыбнулась.
— А вот тут ты молодец! Всё же немного поумнел с годами, и всякие поганые жареные лягушачьи лапки больше в приличный дом не тащишь. Ещё не пробовала, но уже правильный навар борщецкий чувствую. Достань-ка из серванта две тарелки. Ну и рюмочки прихвати.
— Не моя заслуга, — честно признался Беда, расставив посуду и наполняя тарелки борщом. — Твой Родион Булатов надоумил, а его подруга Вера сварила. Коньяк, правда, сам выбирал. Только и он — идея твоего любимого Роди.
— Отчего ж он мой «любимый»?
— Паренёк с такими нестандартными данными до сих пор жив, несмотря на свой не самый покладистый характер. Значит, понравился тебе очень сильно. Признайся, бабушка, одного непутёвого внука в молодости напомнил, вот и прикипела к Булатову?
— Ты его и себя не равняй. М-м-м-м… А борщец и вправду изумительный! Под такой не грех и коньячком себя побаловать, — довольно произнесла Ярина после первой же ложки. — У Родиона Дар другой. Если бы ты подобный в юности имел, то придушила сразу, несмотря на родственные чувства.
— И сделала бы огромную ошибку. Кажется, в лице Родиона я случайно вышел на Ферзя.
— Дурак. Нет случайностей в таких делах. Покровители свыше всегда подкидывают своим чадам возможности. Другой разговор, что мы их часто упускаем. Но про Ферзя я тоже подумала. Правда, Булатов хоть и очень перспективный паренёк, но слишком юн и неопытен. За два года подняться на необходимый уровень не сможет. Да и помрёт скоро, хапнув то, чего впускать в себя нельзя.
— Поэтому ты хочешь его в Преисподнюю отправить? А если выживет, тогда как?
— Не выживет, — грустно покачала головой старуха, отпив коньяк из рюмки. — Я даже допускаю, что, благодаря своим чудесным познаниям и силе, Родион сможет убить демона и прервать мучения профессора Гладышевой. Но вернуться домой у него шансов нет. Иначе обязательно спросил бы меня о том, как это сделать. Не догадался…