Конечно, я знал, что нарываюсь. Только при этом был абсолютно уверен в Алтайской Ведьме. Она очень хорошо умеет просчитывать ходы, несмотря на свой простецкий вид. Иначе до стольких годков не дожила бы.
Мои предположения оказались верными. Вскоре, с совсем потерявшейся от волнения Верой, мы шли по шикарным дворцовым коридорам. Правда, на этот раз нас привели не в полудеревенскую комнатку экстравагантной княгини, а в её официальный деловой кабинет. Впрочем, он тоже не блистал особой помпезностью, хотя и производил гнетущее впечатление места, где творятся важные, а порою и страшные государственные дела.
— Вот ведь, ишь ты! — саркастически произнесла Алтайская Ведьма, сидевшая за большим письменным столом и до нашего появления читавшая какую-то бумагу. — Совет да любовь, голубки! Только, Родя, ты, кажется, мой дом с иным местом перепутал, раз какую-то девку с собой приволок.
— Не держите меня за дурака, бабуля, — в том же тоне ответил я, совсем не собираясь играть в вежливость. — Ни за что не поверю, будто бы не выпотрошили с утра своего внучка и не получили от него исчерпывающую информацию по моему окружению. Кстати, как борщ? Понравился?
— Хорошо его Верунчик умеет готовить. Вот пусть на кухне бы и шурудила, а не во всякие поганые дела лезла.
— Я Вера, а не Верунчик! — неожиданно пискнула белая от страха подруга. — Вера Матье!
— Мелка мышь, да смела! — усмехнулась старуха. — Подь сюда!
Непослушными шагами Вера приблизилась к княгине. Та взяла её за руку и к чему-то прислушалась.
— Скверну чую, — нахмурившись, выдала диагноз Алтайская Ведьма. — Мало, но есть. Странная какая-то простолюдинка… Вроде и не тварь, а Преисподняя по ней прошлась. Твоя работа, Родион?
— Так вышло, — ничуть не смутившись, заявил я. — А ещё Вера имеет со мной привязку по душе и жизненным силам.
— Где ж ты так, болезная, нагрешить успела, что в наказание у этого ирода в лапах оказалась? — с сочувствием в голосе поинтересовалась Ярина у девушки.
— А это не у неё, а у таких, как вы, спрашивать надо, — парировал я. — Почему на простых граждан Российской империи всякие твари охотятся? И Вера здесь неспроста. Она моя помощница. Якорь для возвращения в наш мир. Или вы надеялись, что я себе билет в один конец выпишу?
— Якорь? — явно не поняла моей фразы Светлана Кузьминична.
Пришлось подробно ей объяснить, что это такое. Наличие неизвестной пентаграммы, в которой я собирался оставить Веру, очень заинтересовало Ведьму. Но все нюансы перед ней пока раскрывать не стал, а выдвинул свои условия.
— Пока доверять вам, Светлана Кузьминична, у меня нет никакого резона. Впрочем, как и у вас. Поэтому все дела, связанные со спасением профессора Гладышевой, буду вершить, уж извините, без вашего участия. Понимаю, что имеете соблазн сделать всё, чтобы я не вернулся. Поясняю сразу, чтобы потом не было лишних стенаний.
Любая попытка «испортить якорь» приведёт к тому, что на месте дворца Яриных внезапно образуется котлован с очень неприятным магическим фоном. Если же решите угробить меня прямо сейчас, то наутро нужные люди получат интереснейшую информацию, способную уничтожить не только остатки рода Яриных, но и все остальные ваши задумки. Серьёзные головы полетят! Вплоть до головы Аничкова!
— Не много ли на себя берёшь, мальчишка? — зло ощерилась Ведьма. — Понимаешь, против кого…
— Да какая разница, против кого? — перебил я начинающийся монолог с угрозами. — Важно, с кем вместе. Надеюсь, что вместе с вами. Но это потом обговорим. А беру на себя… Как там говорится: «Соломинка, сломавшая горб верблюду»? У вас на плечах такой опасный груз, что могу быть даже не соломинкой, а искрой на пороховом складе. Чтобы этого не произошло, вам всего лишь нужно не мешать мне. Так что проявите благоразумие и не превращайте потенциального союзника в жертву Преисподней.
— Наглец! — пусть и с лёгким раздражением в голове, но почти похвалила Ярина. — Погань в ковре зачем в мой дом притащил?
— Для ритуала. Уйду я по Ловушке, но она не даёт привязки для возвращения. А вот энергия химеры и Вера сделают необходимый канал.
— Уговорил. Признаться, вначале действительно хотела от тебя выгодно избавиться, но теперь самой интересно, что из этого всего получится. И вопросики к тебе, Родион, копятся. Отвечать на них… если, конечно, выживешь, придётся.
— Договоримся! — улыбнулся я. — Раз консенсус достигнут, то пора и к делу приступить.