— Ничего не понимаю, — озадаченно произнёс я, прервав сеанс. — Уверен, что никаких ошибок не допустил.
— В Верке дело, — безапелляционно заявила Ярина. — Она не даёт тебе связь разорвать.
— Нет, — возразила девушка. — Я искренне старалась помочь Родиону.
— В том-то и дело, красавица. Ты СЛИШКОМ ему стараешься помочь. Но не разумом, а сердцем. Оно с мозгами иногда не дружит. Одевайся и уходи. У меня с Родей серьёзный разговор намечается. Не для твоих простолюдинских ушек.
— Ну что, Булатов? — горестно покачала головой старуха, как только мы остались одни. — Влип ты и Верку за собой в болото утащил.
— Попрошу без аллегорий, — недовольно пробурчал я. — Давайте сразу к делу.
— Я с него и начала. Видела, как ты своими энергетическими потоками к Вере тянулся. Только вот не дотянулся. Матье их отторгала.
— Чушь. Вера…
— Вера в тебя как кошка влюблена. Поэтому неосознанно и боится разорвать связь. Повторюсь: не мозгами — с этим твоя полюбовница дружит, а именно на ментальном уровне.
— Повторюсь, чушь это. Остались в ней какие-то отголоски прошлой привязки, но они иной породы, — не уступал я. — Какая тут любовь? Да и взломать простолюдинку любой одарённый сможет.
— Не о том я сейчас. Видишь ли, Родион, Вера и без привязки уже твоя. Ты когда-нибудь схему Любви чертил?
— Такой в природе нет.
— В природе как раз и есть, но искусственно создать её с помощью мелков нельзя. Она сама создаётся, переплетая свои энергетические потоки между людьми так, что фиг с ней разберётся даже самый могущественный одарённый. Иногда конструкция нестабильной получается, а иногда на всю жизнь… У некоторых даже после смерти партнёра работает. Но в любом случае подобное слияние происходит неосознанно. А ты её ещё и своей привязкой душ закрепил. Поверь, я видела «схему Любви» между тобой и Верой. Дар Гэж во мне теперь хоть и слабенько выражен, но такое распознать могу легко.
— Чёрт… — в сердцах сплюнул я, поняв, что Алтайская Ведьма не шутит. — Получается, Верку теперь никак не отцепить?
— Скажи ещё раз «чёрт», — загадочно посмотрела на меня княгиня.
— Для чего?
— Заранее. Видишь ли, мой очень юный ровесник, для подобной схемки нужны минимум два существа, иначе она не сработает на полную катушку.
— Видите ли, моя не очень молодо выглядящая ровесница, — в том же тоне ехидно ответил я, понимая, к какому выводу меня подводят, — в мире есть понятие неразделённой любви, что полностью опровергает ваши домыслы.
— Согласна. Есть. Но тут всё замыкается на одном человеке. Он сам себе отдаёт и сам же у себя берёт энергию, активируя схему с помощью фетиша, то есть иного человека. Отсюда и страдания — нельзя долго подпитывать себя без реальных энергетических доноров.
Но это не наш случай. Родион… Ты своим сильнейшим Даром действительно мог бы легко взломать неосознанную защиту Веры и разрушить связь. Подумай, по какой причине этого не сделал.
— Хотите сказать, что я тоже влюбился? Нет.
— Так говорит твой мозг, — продолжила меня расстраивать Ярина. — К счастью или сожалению, он не всё может контролировать. Иначе бы мировая энергия Суи перед нами расцвела всеми красками. Но это — отступление от главного, лирика.
Важнее иной вопрос. Ты не можешь разорвать связь с Верой. Но ты должен это сделать, чтобы не погубить девочку привязкой душ. Два взаимоисключающих друг друга фактора. Как нам соединить их в решении проблемы?
— Судя по вашему довольному лицу, Светлана Кузьминична, вы, кажется, знаете выход.
— Ты сам его предложил, Родя. Тебе необходимо полностью выгореть. Даже в таком состоянии привязка хоть и ослабнет, но останется. С этим смирись. А вот после твоего лечения Вере ничего угрожать не будет. Только вот умирать тебе нельзя. Иначе вас вдвоём и похороним.
— Понял. Но выройте могилку пошире. В неё ещё и Чпока положим, и мою неживую помощницу.
— Ну ты и коллекционер! — то ли осуждающе, то ли восхищённо воскликнула Ведьма. — Так, глядишь, и до моей душонки морщинистой доберёшься!
— Оставьте её при себе. А ещё лучше, оставьте меня в покое хотя бы до завтра. Нужно всё как следует обдумать.
— А зелье, Родион?
— Не в эту ночь. Пока не чувствую приближения приступа, а без сна перебьюсь легко. Так что держу себя под полным контролем. Но в камеру на всякий случай определите.