— Сам дурак. Нет, чтобы порадовать напоследок девушку и соврать, что тоже любишь. Нет! Упрекаешь на ровном месте.
— А если вдруг вернусь? Тогда что? Ты же мне после такого признания на шею сядешь. И так всю квартиру по своему усмотрению переставила. Но не скрою: удобнее и уютнее жить в ней стало. Так что давай поступим следующим образом. Ты лежишь и покорно выполняешь приказы Яриной. Я же быстренько смотаюсь за город, убью демона, выгорю и вылечусь. Ну а потом будем разбираться, кто кого и как любит.
— Обещаешь? — с надеждой посмотрела на меня Вера.
— Естественно. Не оставлять же тебя, непутёвую, одной подыхать в этих роскошных апартаментах? Не! Не хочу завидовать такой красивой смерти! Будешь влачить долгое и жалкое существование в моём доходном доме, дрессировать Дуньку и наполнять холодильник для Чпока. Вот такой вот я жестокий негодяй.
— Родион, не смеши! Я тут страдаю, а ты ёрничаешь! Ладно, уговорил… Куплю Чпоку колбасы и Дуне новые книжки. Только не задерживайся сильно.
Наклонившись, я поцеловал девушку в губы и уже серьёзно пообещал:
— Вернусь. Держись, моя хорошая.
После резко развернулся и быстрым шагом покинул комнату. На душе творилось чёрт знает что, и не хотелось, чтобы Вера видела мои эмоции, которых никогда до этого не испытывал. Блин, неужто старуха права, и я снова за столько десятков лет испытал чувство любви? Да ну его на фиг! От подобного лишь одни неприятности!
У чёрного входа дворца Яриных стояла обшарпанная, видавшая виды почтовая карета без окон. В ней уже сидели напряжённая Аничкова вместе с предвкушающим битву довольным Чпоком и абсолютно равнодушной ко всему мёртвой девкой.
— Чего такая смурная? — обратился я к Дарье.
— Вчера княгиня Ярина к папеньке заявилась. Не знаю, о чём они там говорили за закрытыми дверями, но князь потом мне такую выволочку устроил! Короче, сегодня повеселюсь, а после этого сажусь под домашний арест. Только дом и Академия светят.
— Утрётся арестовывать, — беспечно отмахнулся я. — Раз отпустил, значит, его Алтайская Ведьма прижала сильно. Как она скажет, так оно и будет. Очень мощная старуха по своим возможностям!
Так, разговаривая на различные темы, мы и добрались до места сбора нашего отряда. Приехали последними, высадившись за несколько километров от усадьбы.
— Родион! — первым подскочил ко мне Витёк. — Прикинь! Мне пулемёт дадут!
— На хрена? — удивился я. — Ты ж из него стрелять не умеешь.
— Справится, — пояснил Беда. — Талант у парня. Буквально за один день на полигоне освоил машинку так, что хоть сейчас на фронт отправляй. Я решил его, простолюдина, внутрь не тащить. Будет сидеть в засаде у края леса. Если твари захотят сбежать, то именно в Витькину сторону попрутся, а не в чисто поле с другой стороны усадьбы.
— А остальные как себя на тренировке проявили?
— Сойдёт, Родион. Гонять и гонять всех надо, но мы сегодня с есаулом за ними присмотрим. Да и Генка Феклистов не зря ко мне в зал ходил. Лучше объясни, с чего работу начнём?
— С меня и начнём, — начал я рассказывать свой план действий. — Моя группа резво подбирается к забору усадьбы и врывается на территорию. Дальше уже по обстановке всё. Вы же, пользуясь начавшимся переполохом, залетаете следом. Гасите всех, кто под руку подвернётся. Там одни твари, так что мишени выбирать не надо. Закончите зачистку, к сараю с пентаграммой не суйтесь. А то мало ли какие сюрпризы там поджидать будут.
Хотя… Ты, Беда, на всякий случай лично Дарью подстрахуй, пока она пентаграмму держит. Ну, а Игнатьич с остальными пусть запасники тварей дербанят. Уверен, в них есть чем поживиться.
— Мародёрствовать? — скривила своё милое личико Ирина Мозельская. — Фу!
— Не мародёрствовать, а собирать добычу, — стал наставлять её Кудрявый, важно подняв указательный палец вверх. — Что в бою взято, то свято! К тому же это у вас, графьёв, деньги на деревьях растут, а у простых тружеников войны каждая копеечка на счету.
— Ты, есаул, только при полковнике Краснове такого не ляпни! — рассмеялся Беда. — Уж он-то знает, как вы далеко не единой копеечкой себя облагодетельствовали во время прошлых делишек! Но в остальном согласен. Тем более за сегодняшнюю операцию нам даже медальки не дадут, не говоря уж об ином вознаграждении. Так что всё по справедливости. И учтите, что я тоже не привык бесплатно воевать. Делить придётся на всех!
— Ещё и поживимся⁈ — довольно потёр ладони Серёга Книгин. — Это я удачно зашёл!
— «Удачно» он! — неожиданно отвесил ему подзатыльник Кудрявый. — Мало зайти, надо ещё и выйти! И если ты опять товарища справа без контроля оставишь, то я тебе лично нагайкой со спины всю кожу сдеру! Это ко всем относится!