— Приличный кусочек! Одарённые среди его подчинённых имеются?
— Нет. Потому что такую мразь, как Погон, любой бы с удовольствием свергнул с трона. Раз этого не произошло, значит, нет ему достойного оппонента в банде.
— Понятненько. Ну, тем легче. А Оглобля что? Тоже ведь чересчур борзым был.
— Не менее опасный тип. Из крестьян, но поднялся высоко, разбоями на дорогах промышляя. Больше не в Петербурге светился, а в пригороде. В деревне Кузьминки с подельниками проживает. Сколько у него «под ружьём», точно не знаю, но ограбить почтовый поезд с хорошей охраной силушек хватило. Вот у него, кстати, могут быть хиленькие одарённые. Умеет Оглобля с людьми работать и берёт за нутро так, что ему не за страх, а за совесть служат.
— Умел, — поправил я. — Как думаете, быстро ли информация о смерти Погона и Оглобли разлетится?
— Думаю, людишки Погона уже знают. Ну, а ночью и до Кузьминок новость дойдёт.
— Прелестно, — кивнул я. — Значит, услышав о потере предводителей, бандиты мигом засуетятся и толковища устроят. Столичным понадобится часа три, чтобы вместе собраться. Ну а ближе к утру и деревенские сходку организуют. Начну со столичных. Давайте всю информацию по ним.
— Родион! — снова разнервничался Мозельский. — Что-то ты быстро вкус власти почувствовал! Стоит тебе напомнить, что у руля я нахожусь!
— Это стоит вам напомнить, Вячеслав Дмитриевич, что это вы мне предложили влиться в вашу вонючую организацию! Вы одной ногой на нелегальном положении, так что не мешайте мне вести дела!
— Мы так не договаривались!
— Договаривались! — усмехнулся я. — Помнится, князь Аничков согласился, что все тактические вопросы я решаю сам. И вы в ответ ничего не возразили. Так что быстро выкладывайте информацию по бандам, иначе я просто умою руки и буду со стороны наблюдать, как вы выкручиваться станете.
Ничего не ответив, Мозельский гневно зыркнул на меня. После этого повернулся к книжному шкафу и нажал на невидимый рычажок. Тут же открылась неприметная дверца. Пригнув головы, мы вошли в помещение, превосходящее кабинет графа раза в три.
— Ого, — уже миролюбиво продолжил я. — Да тут целый архив!
— Да. Здесь скопилась вся мерзость столицы, — буркнул Мозельский. — Собрана информация не только по моим бандам, но и по остальным, гуляющим в городе и пригороде. Придёт время чистки Петербурга, и каждая папочка, каждая бумажечка пригодится. Жахнем так, что кровавые ошмётки по всей России разлетятся другим негодяям в науку!
Через полчаса на руках у меня было два пухлых досье на Оглоблю и Погона. Особо вчитываться не стал, вычленив главное — где банды устраивают сходки.
Попрощавшись с недовольным графом и пообещав заскочить к нему днём с отчётом, я направился домой. По пути заглянул к Витьку.
— О! — разулыбался он. — Родион! Я тебя совсем потерял! Тяжёл учительский хомут?
— Нормально, привыкаю, — отмахнулся я. — Виктор, ты мне как кучер сегодня понадобишься. Парочка дел намечается.
— Куда едем? — моментально посерьёзнел парень, понимая, что не на прогулку зову. — Оружие брать?
— Парочку стволов коротких захвати. А едем… Для начала в городе повеселимся, а потом на природу отправимся.
— Сколько наших будет?
— Никого.
— Как скажешь. Но я тогда не пролётку, а сани возьму. Это в центре снег утоптан, а вот как только на окраину города выедем, то колёса вмиг в снегу увязнут.
— Согласен. Да! Матери скажи, что раньше утра не вернёшься.
— Скажу. Она уже привыкшая к моим отлучкам. Когда лошадь нужна?
— Через час примерно.
Поднявшись к себе, увидел Чпока, развалившегося на подоконнике и с удовольствием лопающего свою любимую копчёную колбасу.
— Хозяин! — встрепенулся он. — Ты как раз к ужину! Только холодильник у нас пустой и нужно в магазин идти.
— После сходим. Сейчас иная прогулка намечается. Готов?
— Надеюсь, не за грибами? Не сезон для них.
— За головами. Вернее, как пойдёт. Но подстраховка мне не помешает.
— Это я завсегда, хозяин! — моментально вскочил белкогад. — Это я люблю! А то всё дома сидим и сидим! Скоро совсем в травоядных превратимся! Эх! Жаль, Дуньки с нами нет! Она хоть и дура, но кулаки крепкие имеет!
Обрадовавшись предстоящей заварушке, Чпок долго эмоционально фонтанировал. Но я его не слушал, обдумывая, какой образ лучше принять. Остановился на самом представительском. Быстро из шкафа была извлечена подобающая одежда: шикарный деловой костюм «тройка», собольи шуба и шапка, а также трость из красного дерева с серебряным набалдашником в виде собачьей головы.