Но главное не это. Считывай своим новым Даром эмоциональный фон собравшихся. Как можно больше информации о настроении каждого главаря собери. Потом составишь подробный отчёт, и будем решать, кем первым пожертвовать можно.
Вера подошла с заданием не просто ответственно, а творчески. Буквально через час на ней было чёрное элегантное платье, чёрные перчатки и закрывающая всё лицо маска из чёрной кружевной ткани. На пухлых губах яркая помада, притягивающая взгляд любого мужчины. Настоящая, таинственная женщина-вамп получилась!
— Когда ты успела? — поражённо спросил я, увидев подругу в таком образе.
— Стала задумываться, как только ты сказал, что рано или поздно должна появиться перед криминальной публикой в ранге твоей любовницы и помощницы, — честно призналась она. — Нравится?
— Очень!
Вид Веры, вернее Глафиры Скорой, оценили и бандиты, собравшиеся на сходку. Правда, услышав, кто перед ними, не поверили сразу. Начался галдёж и прочие шумовые эффекты. Но Глашка Скорая лишь улыбалась, внешне не проявляя ни капли беспокойства. Я тоже был за неё спокоен.
Дело в том, что, войдя в помещение, Верунчик на ускорении успела обнести всех главарей, сдуру приблизившихся к непонятной особе. Я тоже помог подруге и почистил карманы ещё нескольких, оказавшихся рядом со мной. Свою добычу незаметно сунул в сумочку Веры. И это не укрылось от её глаз.
— Мальчики, — томно проговорила мнимая воровка, призывая к тишине. — Я вас прекрасно понимаю. Вижу, что не лохи и терпилы, а умное общество собралось на этой встрече. Но ответьте мне всего лишь на один вопрос… У вас ничего не пропало?
Автоматически все главари схватились за карманы. И тут же начали раздаваться тревожно-удивлённые возгласы. У кого-то часики «ноги сделали», кто-то лишился портсигара или портмоне.
— Ой! Какие же вы рассеянные! Хорошо, что я нашла обронённые вещи, — рассмеялась Вера, открывая свою сумочку. — Итак… Первый фант! Золотые «котлы»! Чьи они, господа хорошие?
— Мои, — встал один из бандитов.
— Ну, не утруждайте даму и сами подойдите за своей вещью. Второй фант! Лопатничек кожаный с вензелями!
Моментально его владелец кинулся к подруге, чтобы забрать «утерянное». Не прошло и двух минут, как сумочка воровки Глафиры Скорой опустела. Почти…
— И последний фант! Карты игральные! Эротические! С изображением… хм… голых мужиков. Чьи?
Тишина в зале. Все бандиты замерли, подозрительно косясь на своих коллег. Карты с обнажёнными женщинами — это нормально, а вот иметь содомитские — совсем не по понятиям. Тем более среди таких уважаемых людей. За подобные «пасьянсы» могут и на перо поставить.
Я тоже пытался вычислить любителя мужской «клубнички». Вроде бы все мужики вели себя адекватно. Но вот у одного главаря средненькой бандочки, промышлявшей квартирными кражами, отчего-то уши стали краснющими. Сомнений не оставалось, что картишки ему и принадлежат.
— Расслабьтесь, мальчики, — лучезарно улыбнувшись, спрятала Вера колоду обратно в сумочку. — Это моё. А что? Есть возражения?
— Нет. И ловко ты это всех нас, Скорая, обшмонала. А ведь тут не лопушки малолетние собрались. Все люди с опытом.
— То есть сомнений, кто я такая, ни у кого не осталось?
— Скорая! Глашка это! А я ведь знал, что не сгинула она! — моментально раздались возгласы среди криминальной публики.
— Ну, раз все непонятки развеялись, — перехватил я главенство, — то пора и об остальных делах наших тяжких поговорить. Глафира интересные вести из Москвы принесла. Короче, тамошняя братва решила нас подмять. Мало им московских толстосумов, хотят и наших пощипать.
— Дык кто их сюда пустит! — тут же последовал громкий ответ из зала.
— А они, Битюг, не спросясь. Тихим сапом намереваются действовать. Одного из вас подрежут, другого: глядишь, деляночка и освободилась. Конкурентов наших тоже жалеть не собираются.
— Верно, — кивнула Вера. — Там в Москве сейчас какой-то типчик серьёзный объявился. Все банды под свою руку берёт и на столицу идти намеревается. Кто это такой, к сожалению, я выяснить не смогла: не хотела светиться, что живая. А без нужных людишек далеко не продвинуться. Но информация верная, по старым связям прошла.
— Так что, — продолжил я, — времена лихие нас ожидают. Что делать будем, братва?
— На перо и в Неву, корюшку кормить! — раздалось ожидаемое предложение.