Все три фемины хором разразились гневными речами, но я, демонстративно отвернувшись от них к стенке, решил, что сейчас будет интереснее не это выступление, а хороший сон. Ночь, проведённая с Верой, хоть и была великолепной, но нормально выспаться я так и не смог. Сейчас самое время.
Проснулся оттого, что захотел есть. Тишина: девчонок в купе нет. Спрыгнув с полки, нарисовал на столике простейшую пентаграмму, в которую поставил приготовленную Верой куру гриль с картошкой. Небольшое вливание силы: и вот всё уже горяченькое. А румяная курочка ещё и благоухает так, что слюнки текут. Добавляем к ней нарезочку, варёные яички, хлебушек и баклажку с неплохим винцом. Красотища!
Но не успел я насладиться этим дорожным совершенством, как дверь купе резко распахнулась, и через неё ввалились мои попутчицы. Опять раздражены и ругаются. Правда, уже не на меня.
— Это не повара, а сволочи! — гневно воскликнула историчка Ксения. — Вы пробовали этот куриный суп⁈ Да его не из курицы, а из воробья варили! Никакого навара и вкуса! Одинокую морковку в этой бурде можно было сравнить со старой утопленницей! Зато цена — как у чёрной икры! И порция даже для трёхлетнего ребёнка маленькой покажется.
— Хе! — ехидно произнесла Хвостова Людка. — Твой суп хотя бы проглотить можно было! А вот мой бифштекс не каждому демону прожевать дано. Я тупой нож об него погнуть умудрилась, прежде чем распилила! Такую говядину не жевать, а сосать надо! Иначе без зубов останешься!
— Как и мою подгоревшую… — Алиса тоже попыталась поделиться своими кулинарными горестями, но, увидев меня, резко осеклась.- Родька! Марш с моего места!
— Холошо, мням, — с набитым ртом безропотно согласился и, взяв еду, залез на свою полку.
Уже на ней продолжил трапезу под укоризненными взглядами полуголодных девчонок. Интересно, сколько они продержатся? Мамзелечки оказались с характером и не проронили ни слова. Ничего! Это в них ещё домашние пирожки сидят. Посмотрим, что будет вечером.
Глава 7
Девчонки сдались лишь утром, после очередного посещения ресторана. Пока их не было, я быстренько спустился со своей полки, разогрел пирожки и натуральный заварной кофе. Троица студенток, опять бурно обсуждая невкусную железнодорожную еду, ввалилась в купе и замерла. Вижу, как затрепыхались крылья их носиков, уловивших густой кофейный аромат вперемешку с запахом свежей выпечки.
— Как в моём любимом кафе на Невском… — почти простонала Алиса. — Ладно, Родька! Можешь есть за нашим столом, но за это поделишься вкуснятиной!
После этого она протянула руку к одному из румяненьких пирожков.
— И на своей лежанке поем. Уже привык, — резко отодвинул я тарелку с выпечкой. — На всех не напасёшься, а вы мне не подруги, чтобы последнюю рубашку для вас снимать!
— Ну ты скотина, Булатов! Скотина и жмот! — негодующе воскликнула Лидка Хвостова.
— Зато сытый жмот. А вы дуры, раз в дорогу не удосужились нормально подготовиться. Почему я должен за свой счёт исправлять чужие ошибки?
— Может, договоримся? Купим у тебя?
— Лидок, а мне потом деньги есть прикажешь? Или в вашей забегаловке на колёсах свой желудок гробить?
— Я не люблю, когда меня называют «Лидок»!
— А я не люблю быть Родькой, Рыдваном, Родурнем и прочими эпитетами, которыми вы награждаете меня почти два года. Но кого это интересует? Так что, попрошайки, я, пожалуй, полезу на свою полку и там доем. Ну а вы продолжайте дальше весело грызть ресторанную еду. Хотя… — сделал я небольшую паузу. — Есть способ уладить нашу с вами кулинарную проблему. Просто извинитесь за неподобающее поведение. За всё своё хамство по отношению к сокурснику.
— Мы не хамили, а констатировали факт! — гордо ответила Алиса Владимирская, скрестив руки у груди. — Ты, Булатов, жалкий трус и мямля! И унижаться перед тобой не собираемся! Лучше с голоду подохнуть!
Высокомерно задранные носики её подруг дали ясно понять, что с Алискиными словами все согласны. Ну да ладно. Взяв еду, я быстро заскочил на своё место и продолжил весело чавкать пирожками, словно и не было никакого разговора.
— Девчонки, — поинтересовался один из наших боевиков, заглянув в купе. — У вас нормального поесть ничего нет? А то от местной стряпни изжога мучает. Впервые такой говённый вагон-ресторан встречаю!
К этому времени я уже окончил завтрак и лениво медитировал, глядя в окно.
— Сами мечтаем о нормальной пище, — ответила Ксения Сурина, зло зыркнув в мою сторону.