— Как утверждают мои однокурсники, боязлив чрезмерно. Ну а страх заставляет больше работать над собой и в умственном, и в физическом плане.
— Не хочешь говорить? — не поверил мне есаул. — Ладно. Иди к своим, готовиться к завтрашнему выходу.
Ранним утром, позавтракав, мы выслушали очередную лекцию профессора Знаменского и двинулись под охраной пятерых солдат в сторону подземного города. Идти до него всего ничего, поэтому я заранее утеплился, накинув на себя кожаную, подбитую мехом куртку и вязаную шапочку, а под штаны надев толстые кальсоны.
Этим вызвал кучу насмешек со стороны студентов. Правда, они резко закончились, когда кураторы нашей группы тоже вышли из своей хибарки в чём-то подобном.
— Ученики, — оценив общий внешний облик, притворно нахмурился профессор, прекрасно знающий, что иного и быть не могло. — Вы на пляж собрались в своих шортах или в промозглые пещеры? Даю десять минут привести себя в более соответствующий месту практики вид!
Вскоре группа вновь построилась. Да… Нелегко им придётся. Все хоть и в штанах с лёгкими курточками, но они ребятишек не спасут. Интересно, а у профессора есть снадобья от простуды? Его много понадобится!
По утреннему холодку добрался до разлома в земле, почти не вспотев. Ну а дальше прогулка закончилась. Трое солдат, взяв ружья на изготовку, пошли впереди нашей группы, а двое остальных страховали студентов с тыла. По стёртым от времени каменным ступеням мы спустились в подземный город. Вначале шли по широкому коридору, с любопытством рассматривая старые пентаграммы Сущностей.
— Лингвисты, — неожиданно остановился профессор, выхватив лучом фонаря небольшую наскальную надпись. — Ваших знаний уже должно хватить, чтобы прочитать это незамысловатое послание. Ну? Кто порадует старика?
— Алаш маи ассаш шинеа, — первой произнесла вслух Алиса Владимирская и тут же дала перевод. — Я буду рвать души.
— Почти верно, — кивнул Знаменский в знак одобрения. — Только небольшая поправочка. Не «буду рвать души», а «вырву твою душу». Но для второго курса ты справилась прекрасно. Плюс один бал. Кстати, надпись достаточно новая. Два года назад её не было. Видимо, одна из мелких тварей оставила. Эти проказники любят подобный пафос.
Примерно через триста метров тоннель заметно сузился и разветвился на несколько ходов. Мы свернули в правый. Не пройдя по нему и с десятка шагов, услышали впереди пару выстрелов.
— Не волнуйтесь, — объяснил нам аспирант. — Это солдаты тварь какую-то подловили. Тут их сейчас должно хватать.
— А гарнизон их что, не зачищает? — нервно спросил один из историков.
— Нет, конечно. Только тем достаётся, кто из подземного города вырваться пытается. Специально для вас стараются, чтобы практика с пользой прошла.
— Так что, — закончил мысль своего ассистента Знаменский, — работа у нас с вами предстоит разнообразная. Мы с лингвистами будем изучать творчество Преисподней, а ребята боевой кафедры — охранять нас, заодно помогая солдатам в зачистке пещер. Но это совсем не значит, что и на нашу долю Сущностей не достанется. Поэтому держите оружие всегда при себе и заряженным.
После этих слов Михаил Владимирович показал на свой большой пистолет, а аспирант продемонстрировал в открытом виде двуствольный обрез с загнанными в него патронами.
— И ещё… — закончил свой спич профессор. — На время нахождения в подземном городе забываем про всю ту учтивость с манерами, которые в вас вбивали эти два года. Общаемся на ты, без всяких регалий. Это значительно сократит время. Оно особенно для нас важно при обнаружении опасности.
За первым же поворотом мы увидели на каменном полу две кучки пепла. Скорее всего, парные химеры попались на прицел солдатам. На меня останки не произвели никакого впечатления, а вот молодняк с огромным интересом рассматривал первых, пусть и развоплотившихся, тварей в своей жизни. Господи! И мне ещё два года терпеть этих салаг!
Вскоре мы оказались в достаточно приличной пещере с каменным очагом и грубо сколоченными двухъярусными кроватями. Одна из стен была полностью закрыта поленницей. Кажется, это и есть наша база.
— Располагайтесь! — подтвердил мои догадки профессор, первым раскрывая один из своих чемоданов и доставая из него спальный мешок.
— Это что? Мы тут жить будем? — простонала Хвостова. — А где бельё? Одеяла?
— Лидия, ну какие одеяла? Они тут за несколько месяцев отсыреют. Вы же знали, куда направляетесь, поэтому должны были озаботиться и этим вопросом. Ну, или хотя бы у меня заранее поинтересоваться. Ничего! Сейчас костерок разведём и заживём не хуже, чем в столичном отеле!