Нельзя было так.
Так нечестно».
Я осторожно потянула за стрелу.
«Бонни».
«Да, Адельф».
«Не надо, Бонни.
Стрела отравлена».
«Как стрела может быть отравлена, Адельф? — Я ничего не понимала. — Отравить можно человека.
Или животное.
Стрела — деревянная.
Дерево не отравишь.
Дерево можно срубить.
Сжечь дерево.
Но яд на деревья не действует».
«Я — не дерево, — Адельф взяла меня за руку. — Яд фивийской кобры.
Я сама его варила для стрел.
Мы на крокодилов охотились.
Против яда фивийской кобры нет противоядия».
«А, если отсосать яд из ранки?
Мы в гимназии изучали, что дикари… что раньше так делали…»
«Яд сразу действует, — рука Адельф охладевала.
Пальцы стали ледяные. — Бонни».
«Да, Адельф».
«Помнишь, я рассказывала тебе, что я хотела попасть в мечту?»
«История, которую тебе рассказала твоя мама?
О Бионе и Адельф?»
«Да, Бонни.
Мечта о Бионе и Адельф».
«Грустная история, Адельф».
«История о нас с тобой, Бонни».
«О нас с тобой?»
«Да!
Ты удивилась, что девочку звали Адельф.
Но так решила моя мама.
А имя подруги – Биона.
Биона — похоже имя на твое, Бонни.
О нас история.
Я попала в мечту».
«Но».
«Без но, Бонни.
Сейчас для меня наступит зима, — у Адельф уже не хватало сил улыбаться. — Но потом из безрадостных каменоломен я вернусь к тебе».
«Гермафродитус оракул…»
«Гремафродитус — великий предсказатель.
Он предсказал, что я умру героически».
«Ты не умрешь, Адельф.
Подруги не умирают».
«Я умираю героически, Бонни, — Адельф повторила с нажимом.
Но ей это далось с огромным трудом. — Я закрыла собой тебя, Бонни.
Последнее, что я увижу — твое лицо.
Не плачь, Бонни.
Все хорошо.
Я — воин.
Погибла в бою.
Защитила подругу.
И вошла в свою мечту, Бонни».
«Ты и в мою мечту вошла, Адельф».
«Бонни.
Знаешь, что означает мое имя?»
«Не знаю, Адельф, что означает твое имя.
Ты же мне не сказала».
«Адельф означает — родная сестра.
Ты мне, как родная сестра, Бонни».
«Как родная сестра?»
«Бонни.
Поцелуй меня».
Я наклонилась.
Поцеловала Адельф.
Губы ее заледенели.
«Я ухожу в безрадостные каменоломни, Бонни.
Героически ухожу.
Я счастлива». — Адельф умерла.
Я долго сидела, словно ватная.
Время от времени кто-нибудь из стражников начинал шевелиться.
Я бросала кинжал.
Он снова оглушал стражника.
Потом я поднялась.
Не знала, что делать с Адельф.
Не умела.
И не хотела.
Если бы я ее похоронила, я бы признала, что она умерла.
Вдруг, яд тот не убьет Адельф?
Она же сама его изготовляла.
Может быть, Адельф привыкла к яду.
Полежит, полежит.
Потом очнется.
Поэтому я решила уйти.
Но перед уходом подумала изрезать все одежды, все оружие, седла на конях.
Подумала и передумала.
Если испорчу оружие, то, как стражники защитят Адельф, если на них нападут варвары?
Я просто ушла. — Голос Бонни затухал. — Я шла к тебе, Джейн.
Теперь я возвращаюсь.
Но уже с тобой.
Я очень боюсь увидеть на дороге то… — Бонни задрожала.
ГЛАВА 519