Узнали меня разбойники.
Но этого мало.
Нужно их еще заинтересовать, чтобы спасали меня.
Я на трех охотников за рабами показываю:
«Я вам добычу принес.
Три всадники, три лошади.
Богатые на всадниках туники.
Золота много у седоков».
Глаза разбойников засветились.
Бросились они наперерез охотникам за рабами.
Хотят их лошадей получить.
Я же к костру подбежал:
«Три дня не ел», — я солгал.
Жареного зайца с вертела снял.
Амфору с вином к себе подтягиваю.
Рассказываю, как разбойникам лучше грабить в Кафтане.
Кафтан — город хлебный.
Философствую.
Вакханки ко мне подсели.
Лакомые куски подсовывают.
Так я и освободился.
Осталось легкое чувство вины, что Афродите — спасительнице моей — золотые монеты не отнесу никогда.
Во-первых, золота у разбойников мало.
Во-вторых, золото и мне пригодится.
Через месяц по моему планы разбойники в Кафтане грабили.
Много добычу унесли.
Заодно и философа Кефала захватили из ямы.
Не посадил патриций Кефала на кол.
А меня бы посадил.
Вдвоем с Кефалом мы разбойников учили, как лучше грабить.
Месяц с освобождения Кефала прошел.
Отправились я и он на ярмарку в Кафтан.
Там нас купец — бывший хозяин — увидел.
Стражников позвал.
Кричит, что мы — его пленники.
Стражники на нас злые очень были.
Отомстить хотели за то, что мы разбойников научили, как в городе грабить.
Не отдали меня и Кефала стражники купцу.
Отвели в этот каменный мешок.
Сидим на цепях.
Ждем своей участи.
Но видно, что до скончания мира сидеть придется». — Философ Жиполит закончил рассказ.
Философ Кефал на него плюется:
«Зачем ты обманул Бонни?
Выставил меня в дурном свете.
Не ты меня спасал, Жиполит.
Я тебя спасал».
«Все ты врешь, Кефал, — философ Жиполит тоже плеваться в своего друга-противника начал. — Я тебе помогал».
«Философы, — я не выдержала. — Ваши плевки не долетают до вас.
Далеко вы друг от друга.
Зато меня оплевали.
Мне противно».
«Потерпи в узнице, Бонни, — философы захохотали. — Привыкай к нам.
Тебя тоже не скоро освободят».
«Освободят», — я процедила сквозь зубы.
Нарочно сказала, что – освободят.
Пусть философы думают, что на этой планете у меня и у тебя, Джейн, много помощников.
Ближе к ночи дверь открылась.
Вошли два раба.
С ними — девушка.
Свободная, потому что без рабских цепей и ошейника.
Рабы несли палки с тряпками.
Тряпки к палкам примотаны.
Еще были амфоры.
Рабы из амфор поливали на тряпки.
Тряпками протирали философов.
Девушка мне улыбнулась.
Обтирала меня шелковым платком.
«Почему вы это делаете? — Я спросила девушку. — У рабов палки.
Ты же просто меня обтираешь».
«Я — Адельф.
Дочь центуриона. — Девушка очень тщательно меня обтирала.
Руки, ноги, тело. — Закон цезаря, чтобы пленных каждый вечер обмывали».
«Звучит странно, — я засмеялась. — Кому нужны чистые пленники?»
«Не для блага пленных цезарь закон этот издал.
Цезарь опасается, что пленники заразят стражников.
Вот и присматриваем за пленниками.
Я по своей воле пришла.
Услышала, что пленница в узилище.
Ты — ведьма?»
«Не знаю.
Никогда не пробовала быть ведьмой.
Я – Бонни».