Забыла о жажде.
А я ведь давно не пила. — Я подбежала к ручью.
Встала на четвереньки. — Адельф.
Подожди.
Не мути воду.
Я сначала напьюсь». — Я сначала тщательно вымыла ладошки.
После ямы они были покрыты неизвестно чем.
Затем ладонями черпала воду.
Наслаждалась.
Никак не могла насытиться водой.
Я ее не пила.
Я ее ела.
Рядом со мной пристроился Боливар.
Он шумно втягивал в себя воду.
«Напилась, — я отползла от ручья.
Присела. — Травка нежная.
Ты прекрасно придумала, Адельф, чтобы мы отдохнули и расслабились.
Жесткая шкура овцы исколола меня. — Я широко расставила ноги. — Адельф?»
«Да, Бонни», — Адельф старательно не смотрела в мою сторону.
«Погляди, пожалуйста.
Сильно я натерла промежность?
Бедра я вижу.
А дальше — трудно рассмотреть.
Мне кажется, что по мне ползают муравьи.
Жалят меня…»
«Посмотреть? — Адельф на деревянных негнущихся ногах подошла. — Нет никаких муравьев.
Ты до крови в некоторых местах натерла себе…
Кожа у тебя нежная и тонкая, Бонни.
Но до Ущелья Аида доскачем.
Заживет у тебя потом». — Адельф отвернулась и отошла от меня.
«Адельф?»
«Да, Бонни».
«Подуй, пожалуйста, мне на разгоряченные места.
Охлади».
«Нет, Бонни, — Адельф проблеяла.
Даже не обернулась. — Дуть на твои разгоряченные места я не стану.
Ты уходишь от меня.
Вот, если бы ты осталась…
Я так не могу».
«Я совсем не понимаю тебя, Адельф.
Почему ты не можешь подуть?
Но я не настаиваю».
«Я слишком разгорячилась, — Адельф трясла головой. — Я искупаюсь в ручье.
Ты тоже охлади свое истертое в ручье…»
«Для этого мы сюда и свернули, — я по пояс забежала в ручей. — Бррр!
Вода ледяная.
Но снимает боль в натертостях».
«Бонни».
«Да, Адельф»
«Ты травкой можешь стирать с себя запахи ямы», — Адельф побрела вдоль ручья.
К густым прибрежным зарослям.
«Адельф!
Ты, куда?»
«Я буду купаться отдельно от тебя, Бонни».
«Но, почему…»
«Никаких но и почему, Бонни.
Если я не остановлюсь, то я тебя никуда не отпущу потом.
Я все сказала.
Прими мои правила, Бонни.
Как я приняла твои». — Адельф скрылась в зарослях.
Конь на меня посмотрел с вопросом.
«Боливар, — я пожала плечами. — Я не поняла твою хозяйку.
Может быть, ты ее понимаешь?
Подожди здесь.
Адельф скоро вернется».
Но Адельф пришла не скоро…
Она шла с опущенной головкой.
Я уже успела смыть с себя грязь плена в Кафтане.
Плевки философов, смрад ямы.
«Адельф?»
«Да, Бонни».
«Ты напрасно натянула тунику на голое тело.
Могла бы меня не стесняться.
Сначала нужно было тебе обсохнуть».
«В путь, Бонни».
«Я готова».
«На коня залезешь с камня, Бонни».
«Ты меня не подсадишь, Адельф?»
«Нет, Бонни.
Ты благоухаешь.
Прекрасная до боли в глазах.
Подсадить тебя я уже не в силах.
Конечно, я охладилась.
Но чувствую, как загораюсь снова».
«Загораешься?
Как это, Адельф?» — Я с высокого камня забралась на коня.
Адельф вскочила и что-то шепнула Боливару на ухо.
Конь направился к дороге, вверх.
«Бонни?»
«Да, Адельф».
«Мне в детстве мама рассказала красивую историю.