— Он провел ночь с этой замарашкой Лус Кларитой!
— Во-первых, она не похожа на замарашку, — попытался быть объективным Фернандо, — а во-вторых, откуда такая уверенность?
— Он не ночевал дома, а вчера вечером я видела их вдвоем у реки.
Этот разговор стал достоянием вездесущей Тибисай, о чем она не замедлила сообщить, примчавшись в бар.
— Лус Кларита была единственной девственницей в поселке, была нашей гордостью, а теперь нас лишили этого достояния! — причитала она.
— Теперь ваш брат обязан жениться на Лус Кларите, или я засажу его за решетку, — грозно заявил Хустиньяно вошедшему в бар Фернандо.
— Подождите, сержант, не стоит пороть горячку. Позвольте мне сначала поговорить с Антонио и все выяснить у него.
Легок на помине, в бар как раз вошел Антонио, а вслед за ним туда же заглянула и Жанет.
— Это правда, сеньор Ларрасабаль, что вы сегодня не ночевали дома? — приступил к дознанию сержант Гарсия.
— Правда. Но какое вам до этого дело? — вскипел Антонио. — Я взрослый человек и не обязан ни перед кем отчитываться.
— Ошибаетесь! — строго произнес Гарсия. — Вы обесчестили невинную девушку, и я вынужден вас арестовать.
В ответ на это заявление Антонио расхохотался.
— Что с вами, сержант? Вы не выспались? Какая же она невинная? Это самая настоящая шлюха!
— Замолчи, подлец! — подскочил к нему разгневанный Фернандо. — Если уж нагрешил, то хотя бы сейчас веди себя пристойно.
— По-моему, вы все тут спятили, — отстраняя брата, сказал Антонио. — Если ты имеешь в виду мои обязательства перед Жанет, то я сам с ней разберусь, а тебе не советую лезть в это интимное дело.
Он резко повернулся и вышел из помещения.
— Постойте, постойте! — опомнился Гарсия. — Вы арестованы.
— И все же, сержант, я попросил бы вас подождать с арестом, — сказал Фернандо.
— Позвольте мне еще раз поговорить с братом наедине. Тут что-то не так. А убежать он все равно никуда не сможет.
На том и порешили.
Весть об утрате девственности Лус Кларитой потрясла весь поселок, и только Инграсия, хлопотавшая у постели больного мужа, продолжала оставаться в неведении.
Вскоре, однако, эту печальную новость затмила другая — еще более страшная для жителей Сан-Игнасио: у Мирейи кто-то украл драгоценности. Она сама сообщила об
этом, придя в бар, где сельчане бойко обсуждали, как следует поступить с Антонио.
— Я пошла домой, чтобы взять свои украшения и заплатить ими за вещи Инграсии. Но шкатулка была пуста!
— Может, ты положила их куда-нибудь в другое место?
— Нет! Я недавно показывала шкатулку падре, все было на месте. Вы же видели, падре, как я сложила кольца, сережки и ожерелье обратно в шкатулку?
— Да, — подтвердил Гамбоа.
— Что происходит в нашем поселке? Здесь никогда не было воров! — загалдели ошеломленные сельчане.
Тибисай заявила, что сделать такое могли только люди Маниньи, а Гарсия заподозрил турок и велел капралу обыскать их лодки.
— Вы не имеете права! — возмутился Дабой, пришедший в бар, чтобы позавтракать перед дорогой.
— А тебя я сам обыщу, — осадил его пыл сержант. — И всех остальных — тоже.
Он поочередно стал выворачивать у всех карманы и ощупывать каждого из присутствующих, но обыск не выявил вора.
Вернувшийся капрал сообщил, что не нашел на лодке Дабой никаких драгоценностей.
— Доставь сюда партизана Росарио! — приказал ему Гарсия, но тут запротестовал
Рикардо:
— Этот парень еще не оправился от операции. Он никуда не выходит. Как можно его подозревать?
— Здесь командую я, — напомнил Гарсия, — и мне виднее, что надо делать. Капрал Рейес, отправляйся в гостиницу и обыщи там партизана, а также другого раненого — Бенито. Затем займись братьями Ларрасабаль и Абелем Негропом.
— Да он же болен! — напомнили сержанту сельчане. — А, кроме того, у Инграсии такое горе! Не станешь же ты обыскивать ее и Лус Клариту!
— Если обыскивать — то всех, — твердо заявил сержант. — Помогите мне вспомнить, кого мы еще не проверили.
— Дейзи! — с удовольствием подсказала Лола.
— Где она может быть? — встрепенулся Гарсия.
— Отсыпается в гостинице после бессонной ночи.
— Капрал, ты все понял? Проверишь заодно и Дейзи, — распорядился Гарсия. — А мы здесь подождем.
— Но меня-то уже можно отпустить! — вышел из терпения Дабой. — Я должен плыть в Бразилию. Вы ж убедились, что я — не вор!
— Все равно подожди, — был неумолим сержант.
— А я уверена, что искать надо у Маниньи! — стояла на своем Тибисай.