Каталина спала — простыня отброшена в сторону, на загорелом теле только трусики
и лифчик. Она была красива, она была соблазнительна, юная Каталина Миранда. Но Рикардо слушал только ее дыхание, и страх, смешанный с тревогой, что сжимали ему сердце, на миг отпустили. Все дышало покоем в полутемной девичьей комнате, однако Рикардо слишком долго жил в сельве, чтобы довериться темному обманчивому покою ночи. Он уселся на стоящее в углу кресло, — он сторожил покой Каталины этой ночью.
В сельве случалось многое — страшное, необъяснимое. Рикардо видел много внезапных смертей.
Чем они были вызваны? Колдовством? Ядом? Не выдержавшими напряжения страха нервами? Кто мог ответить?..
Каталина проснулась внезапно, будто кто-то разбудил ее. Проснулась, почувствовав — она не одна. Села на кровати, обвела взглядом комнату и увидела Рикардо. Смутный страх сменился негодованием. Как он смеет? За кого себя принимает? Что он о себе возомнил, этот грубый мужлан?! Каталина возмущенно упрекала Рикардо. Он слушал ее чуть ли не с улыбкой, только подливая масла в огонь своей невозмутимостью. Каталина бушевала, но волны ее гнева разбивались, как о скалу, о неколебимое спокойствие Рикардо. Что ему до ее гнева? Это просто гнев маленькой глупой девочки. Она жива, и это самое главное.
— Я пришел, чтобы узнать, все ли у тебя в порядке, — наконец сказал он.
— Придумал бы что-нибудь поумнее! Что за глупость! Я прекрасно знаю, зачем ты пришел! Ты что, надеялся, что я встречу тебя с распростертыми объятиями? Да как ты посмел? Как посмел? Одной этой мысли я тебе никогда не прощу! Ты же варвар! Дикарь! Мужлан!
Рикардо закурил, чем окончательно вывел Каталину из себя.
— Ты что, не собираешься уходить? — спросила она негодующе.
— Мне показалось, что ты получаешь огромное удовольствие, ругая меня. Зачем же мне лишать тебя этого удовольствия?
От такой наглости Каталина просто онемела. Этот врун и наглец сидит здесь уже черт знает сколько времени — вон сколько пепла от сигар! — и делает вид, будто так и надо!
— Уходи! С чем бы ты ни пришел, ты пришел напрасно!
Каталина готова была вытолкать Рикардо собственными руками и тут вдруг заметила кровоподтеки у него на лице. У локтя тоже было что-то похожее на рану. Гнева ее как не бывало.
— Что с тобой? Кто тебя так отделал? — встревоженно спросила она.
— Честно говоря, сам не знаю. Но досталось мне здорово.
— Погоди, я сейчас найду чем обработать раны...
Каталина уже искала аптечку. Но разве сразу ее найдешь? В этом доме все не на месте, упорядоченность ее отцу просто противопоказана.
— Значит, я могу остаться? — спросил Рикардо.
— Если хочешь, чтобы я обработала твои раны, — ответила Каталина.
— Какие? Внутри или снаружи? — невинно осведомился он.
Наконец Каталина нашла аптечку — йод, спирт, бинты. Она промывала и дезинфицировала раны Рикардо, он вскрикивал, морщился, а она на него ворчала:
— Тоже мне мужчина! Образец смелости и отваги!
— С чего это ты взяла? Я самый настоящий трус, — возражал Рикардо.
Наконец дело было кончено, и Каталина, удовлетворенно поглядев на перевязанного Рикардо, сказала:
— Ну вот, теперь можешь идти.
— А можно я выпью глоточек рома? — жалобно спросил он.
— Выпей, — милостиво разрешила Каталина, она понимала, что ему необходимо сейчас поддержать себя малой толикой спиртного.
Рикардо, удобно устроившись в кресле, потягивал ром и, похоже, опять не собирался уходить.
— Ты что, хочешь выпить всю бутылку? — поинтересовалась Каталина.
— А скажи мне, Каталина Миранда, что теперь произойдет между нами? — вместо ответа задал вопрос Рикардо, уже успевший изрядно захмелеть.
— Ничего не произойдет, Рикардо! Абсолютно ничего! — Каталина даже засмеялась наивности его вопроса: неужели он все-таки на что-то надеялся?
— Значит, ты будешь начальником, а я поденщиком, так?
— Полагаю, что так.
— И тебе нравится распоряжаться мной и командовать? Нравится видеть униженным?..
— Работа не унижает. В школе нас учили, что работа возвышает человека, — наставительно произнесла Каталина.
— А ведь ты осталась ради меня, верно? Ради варвара, дикаря и мужлана...
— Мне кажется, ты выпил слишком много рома и тебе пора уходить, — Каталина поджала губы. — Я не любительница ночных визитов, и с завтрашнего дня этот дом будет первым в Сан-Игнасио, где двери будут запираться на ключ.
Рикардо встал и подошел к ней, он и впрямь был под хмельком, иначе, наверное, не сказал бы того, что сказал.