— Я знаю, ты не умеешь говорить с женщинами, Леон. А в глазах у тебя грусть и одиночество, нет, я ошиблась, — ярость.
— Подумать только, ты ухитрилась что-то увидеть в моих пустых глазах! Но ты ошиблась, там нет ни грусти, ни одиночества, ни тем более ярости.
— Не лги, Леон, лучше посиди рядом со мной. Рикардо не сел рядом с Маниньей, но и не ушел, он ждал, что она еще скажет.
— Что ты теперь будешь делать со своей жизнью, Леон?
— Пойду и лягу спать.
— Когда ты был свободным, у тебя была река и лодка. Теперь ты батрак. Что стало с твоей гордостью, Леон?
— Что тебе сказала луна?
— Она рассказала мне об охотнике, который вышел темной ночью на поиски самки, чтобы вырвать ей сердце, но она устроила ему ловушку и сама вырвала сердце охотника. Это произошло сегодня ночью, Леон?
— Я уже сказал, я не охотился.
— Нет? — Манинья улыбнулась. — Когда захочешь вернуться к свободной жизни, к реке, найди меня. Только сделай это побыстрее. Не жди, пока Манинья тебя разлюбит и ты останешься ни с чем.
Вот что принесла эта ночь Рикардо, вот с чем он пришел в дом, вот с чем остался до утра...
Глава 20
Утро началось новыми сюрпризами. Жанет с утра искала Антонио и была несказанно удивлена, увидев его на дереве, где он мастерил маленький домик. Вот так сюрприз!
— Что ты там делаешь? — закричала она. — В поселке полно работы, а ты? Или это тоже для туристов?
Антонио застигли врасплох.
— Нет, это моя маленькая причуда. Знаешь, я с детства мечтал о таком домике и никогда не находил подходящего дерева, а тут вдруг нашел.
— Какая прелесть, пупсик! — Жанет пришла в восторг. — А почему ты мне никогда об этом не рассказывал?
— Стану я тебе рассказывать о каких-то глупостях!
— Зачем ты врешь, Антонио? Зачем ты врешь? — девичий голосок дрожал от обиды.
Тоненькая Лус Кларита стояла и широко открытыми глазами смотрела на Антонио, красавца Антонио, героя ее мечты.
— А-а, и ты тут, замарашка? Ну-ка скажи мне, что это за домик? — Жанет подбоченилась и, прищурившись, ждала ответа.
— Это будет центр, — начал Антонио, всячески стараясь, чтобы Лус Кларита поняла ситуацию и придержала язык за зубами.
Но Лус Кларита прекрасно поняла ситуацию и ни за что не хотела молчать.
— Этот домик он делает для меня, — твердо сказала она.
— Ах вот как? — Жанет вся напружинилась.
— Да, делает в доказательство своей любви. В этом домике Антонио станет первым в моей жизни мужчиной!
Жанет просто онемела от этой немыслимой бесстыдной наглости, но немота ее продолжалась недолго.
— Какая прелесть, — прошипела она. Если бы кобра заговорила, то, наверное, она выговорила бы это точно так же. Но змеиного в Жанет было мало, она тут же начала орать: — Я ношусь как наскипидаренная, выцарапываю им туристов! Делаю дело! А он тут домики деревенской грязнуле строит! Ты что, совсем рехнулся, Антонио?!
Можешь не отвечать! Я и так вижу, что рехнулся! Пара идиотов! Но мне в этом сумасшедшем домике делать нечего!
Разъяренная Жанет пулей понеслась по тропинке. Антонио постоял секунду в полной растерянности. Лус Кларита хотела его о чем-то спросить.
— Потом, Лус, потом, — отмахнулся от нее Антонио и ринулся вслед за Жанет.
Перепалка, которую слышал Абель, тоже была для него немалым сюрпризом.
— Тихоня, тихоня, а с городским-то у тебя шуры-муры, — сказал он, появляясь перед окаменевшей Лус Карлитой будто из-под земли.
— У меня с ним ничего не было, — прошептала едва слышно Лус Карлита.
— То-то городская дамочка так орала. Она вас застукала, в этом все дело. Вот я расскажу маме про твои шашни!
— Пожалуйста, Абель, не надо, — взмолилась Лус Карлита.
На нее свалилось столько бед, что бедная Лус Карлита вконец отчаялась.
— Ладно, ладно, погожу еще, но теперь ты будешь слушаться меня, Лус Кларита!
Абель засмеялся, глядя, как Лус Кларита убегает от него со всех ног. Он был доволен, девчонка теперь будет ублажать его, станет как шелковая. А то ведь она строптивая и себе на уме, эта девчонка!
Не обошлось без сюрпризов и у Каталины. Они с Паучи переставляли в доме мебель, освобождая комнаты для туристов, когда вошел Рикардо.
— А почему ты не на полосе? — спросила Каталина.
— Я больше не буду там работать, — ответил он. Каталина решила, что ослышалась.
— Что-что? Я не поняла, — переспросила она.
— Я больше не буду там работать, я пришел сказать, что ухожу.
Вот это был удар так удар.
— Ты не можешь уйти, у тебя есть обязательства, — Рикардо буквально выбил у Каталины почву из-под ног: как он смеет так поступать, когда вот-вот должны приехать туристы?