— Бенито! Иди-ка помоги мне!
— Это не Бенито, это я, — сказала Каталина, входя.
Рикардо был занят сборами.
— Осталось совсем немного, — сказал он, обводя рукой собранные вещи, — и комната будет свободна.
— Оставайся. Я не хочу, чтобы ты уходил, — сказала Каталина.
— Не понял, — в голосе Рикардо было искреннее недоумение.
— Я не хочу, чтобы ты уходил. Я хочу, чтобы ты остался, — повторила Каталина. — Это твоя комната.
— С чего вдруг? И что я буду за это должен? — Ничего. Мне просто этого хочется.
Доставь мне такое удовольствие.
— Значит, доставить тебе удовольствие?
— Да, я прошу тебя, останься в этом доме, в этом поселке.
— Но с чего вдруг, ты можешь объяснить?
— Мне кажется, так будет правильно, иначе ты окажешься на улице. Тебе негде будет спать.
— Кого ты хочешь обмануть, Каталина? Ты уже сказала, что тебя не волнует, что со мной будет, и я убедился, что это так и есть на самом деле. А теперь вдруг такая неожиданная перемена. Скажи мне правду: чего ты хочешь?
— Тогда и ты скажи мне правду. Почему ты так на меня рассердился? Ты же сказал, что уходишь от меня, что не хочешь иметь со мной дела. Что я тебе сделала, Рикардо Леон?
— Ничего. Вы взрослая женщина, сеньорита Миранда, и вольны распоряжаться своей жизнью по своему разумению. Ко мне вы не имеете никакого отношения, поэтому ваши поступки никак не отражаются на моей жизни.
— Взрослая женщина, которая поступает по своему разумению? Взрослая женщина, которая тебе безразлична? Я всегда считала, что ты слишком много врешь, Рикардо, а теперь должна сказать, что врать ты не умеешь! — Каталина снова вспылила: да что же это такое?! Он обидел ее, она пришла к нему мириться, а он, видите ли, ломается!
Но в глазах Рикардо все выглядело совсем по-другому: он уже соединил Фернандо и Каталину, сделал ее счастливой с Фернандо, а теперь эти двое хотят держать его при себе, чтобы опять и опять унижать...
— Ты тоже не умеешь врать, хотя и не сказала мне до сих пор правды. Скажи, что тебе от меня нужно? Что могу дать тебе я, чего не может дать Фернандо Ларрасабаль?
— Какое отношение имеет Фернандо к нашему разговору? — еще больше рассердилась Каталина.
— Полагаю, самое прямое. Ты же пришла говорить о работе. Тебе нужна моя помощь с полосой, с туристами. Так скажи честно и прямо, гордячка!
— Хорошо, я скажу все честно. Ты мне нужен. Мне нужен такой человек, как ты, чтобы что-то изменить в этом поселке, в се льве.
— Неужели ты такая одержимая, Каталина Миранда?
Но Каталина, как все гордецы, жалела о том, что высказала свои чувства так прямо.
— Но, я вижу, твои обиды тебе дороже! — оскорбленно сказала она. — Ладно! Нет незаменимых людей на свете!
В комнату вошел Бенито, и его приход Рикардо счел наилучшим выходом: их разговор с Каталиной снова зашел в тупик.
— Поторопись, Бенито, нам нужно освободить комнату, — распорядился Рикардо.— А где мы будем спать? — спросил простодушный Бенито.
— Вы будете спать здесь, — ответила вместо Рикардо Каталина. — Никто вас не выгоняет. Только убеди своего хозяина. У меня ничего не получается, — с этими словами Каталина злила.
Однако Рикардо все-таки увязал вещи, он твердо решил спуститься вниз по реке и попросить индейцев построить лодку. Мотор он все-таки сумел починить.
А там что Бог даст...
Фернандо безуспешно искал Каталину. Куда она могла запропаститься в этом поселке с пятачок? Если только не захотела запропаститься...
Каждый день навещала Тибисай свой колдовской камень, навестила она его и сегодня и рассердилась. Кто посмел насыпать на него пепла? Наверняка лодочник — он один курящий у них в поселке. И вдруг она громко вскрикнула: рядом с камнем лежал мертвец! Господи твоя воля! Тибисай наклонилась и увидела, что это Каталина Миранда. Она лежала застывшая, похолодевшая.
С плачем Тибисай стала трясти ее, растирать ей руки, грудь...
— Каталина, доченька, — причитала она. — Приди в себя. Ты не можешь умереть! Ты не умрешь!