— Не думай, что смерть – единственный выход, — произнёс я и развернулся в сторону выхода. — Поверь мне, решений много. Но если же ты выберешь не то, то будешь жалеть об этом всю свою жизнь.
На этих словах я направился к выходу. И, выйдя, я принялся ждать решения в коридоре. Стоя и постукивая ногой об плитку, я резко подумал насчёт одной вещи – моего прибывания в этом мире. Я не знаю, зачем я здесь и для чего.
"Всё таки надо что-то разузнать об этом мире", — подумал я.
Простояв полчаса я хотел было зайти к Альтри, но тут она сама открыла дверь и вышла. Взгляд на ней был очень строгим.
— За мной, — сказала она мне, и я незамедлительно пошёл за ней.
— Куда мы? — спросил я.
— На суд. Мы же сегодня собирались его проводить?
— Верно, но ты предпочла речь вместо суда, — отрезал я довольно грубо.
— И что? Люди же могут собраться на площади южнее замка?
— Могут, но им это не понравится, поверь.
— Нет! Я решаю, что сейчас делать. Поторопись!
Я тяжело вздохнул и уже трусцой бежал за Альтри. Интересно, её хоть немного учили королевской этике? Или же её выкинули из замка до этого?
Вскоре мы поднялись к балкону, но он был закрыт. За ним были гулы народа, при чём очень довольного и радостного. Стражники открыли дверь, но Альтри не торопилась выходить к людям. Она достала листок и начала перечитывать. Тут она ужаснулась и повернулась ко мне:
— Господи! Я же не дописала речь! Что же мне делать, Римураса?
Она схватила меня за руки и начала немного трясти. Я же вместо ответа, молча, но ласково, отодвинул и грациозным взмахом правой руки, сказал ей, что делать. И она, кажется, поняла. Она вздохнула и сказала:
— Ну что же, идём.
И я вышел вместе с ней на балкон. Увидев эшафот с гильотиной и лежащего на нём королём, я уже немного напрягся. Это что же, Альтри решила всё-таки казнить его? А когда народ увидел её, то тотчас же замолчал. Альтри начала свою речь и на моменте, когда должно было быть запинание, Альтриция на моё удивление умело смогла продолжить предложение.
— И вот я решила, что отец мой, несмотря на все обиды, несмотря на все его грехи и преступления… Решение моё – помиловать.
Тут же толпа начала негодовать, но тут же замолкла, когда Альтри показала жест ладонью.
— Знаю ваши чувства. Понимаю и сострадаю тем, кто погиб от его рук. Но самое главное в человеке – способность простить его, несмотря на все его преступления. А если же убить его, запятнать свою совесть и честь. И если вы подумали, что у короля же не было чести, то вы будете правы. Но такой человек уже проклят на смерть.
Я посмотрел на короля, который лежал на эшафоте и… плакал? Он смотрел на свою дочь, и из его глаз выступали слёзы. Это было нетрудно заметить, находясь даже с высокого балкона замка.
Тут Альтри сама посмотрела на отца.
— Отец… Я делаю это не ради тебя. Но всё же я обрела то, что не смог обрести ты – мудрость и здравые решения. Ты искупишь свои грехи не кровью, а честью.
Она показала пальцем на своего отца.
— В свинарник его!
Короля тут же освободили и, обрызгав двумя вёдрами с грязью поволокли через всю толпу обратно в замок. Толпа начала кидаться в него всем, чем попадётся. Когда же короля уже отвели, Альтри подняла обе руки и прокричала:
— Вы не будете мною недовольны люди! Я обещаю вам своим сердцем и кровью, что я накормлю вас и напою чистой водой!
— Ура, королеве Хормунда! Ура, Ура! — хором послышались лозунги, и вся толпа была рада королеве.
А вот я сам начал краснеть от того, что я наплёл до этого Альтри. Та это заметила и немного толкнула локтём.
— Я не в обиде на тебя, Римураса.
Я же просто улыбнулся. Что ещё надо для такой концовки?
Настал вечер. Спускаясь в тюремные покои после шумного праздника в честь коронации Альтри, я увидел её саму, которая уже возвращалась с переговоров. Она плакала. Я тут же решил спросить:
— Всё в порядке, он тебя не задел морально?
Та помотала голову в стороны и ответила:
— Нет, просто я поговорила с ним так, как хотела с самого моего рождения.
— Я очень рад за тебя, — улыбнулся я и обнял её.
— А тебе это зачем? — спросила Альтри.
— Мне нужно спросить его о парочке мелочей. Тебе о них знать не обязательно, — пояснил я.
— Хорошо, поступай как знаешь, — сказала Альтри и ушла праздновать официальную коронацию.
А вот я же иду к королю за тем, чтобы тот рассказал мне о мире, в котором сейчас нахожусь. Спросить всё об этом Альтри было бы глупо. Она бы посчитала меня бездарем безграмотным. Поэтому я решил поговорить об этом с тем, кто был в курсе последний событий в мире. К королю.