Я слегка не так представлял себе прибытие нордов. Надо всех перезнакомить. Научить ладить. Новеньких целая тысяча, они-то прекрасно знают друг друга, но ни словом, ни делом не должны обидеть местных.
Уснул сидя, под утро, возле костра, проснулся, продремав всего пару часов. Когда пошел с гальюн, оглядел притихший лагерь. Сотни людей спали группами, усталые, прижавшись друг к другу, прямо на своих вещах, сложенных какими-то островками. Экипаж фриманца выгрузил пассажиров, но сам не сошёл. Судно слабо покачивалось посреди бухты. Несколько бородатых старичков в компании укрытого нордской курткой дремлющего Дыма палочками помешивали угли костра.
Присел рядом, сказал на нордском, ни к кому конкретно не обращаясь:
— Мне один дед рассказывал, Никосием зовут, что людей марш разъединяет, а сражение сплачивает. Вроде как это народная греческая мудрость.
Старики лениво переглянулись.
— Имя у твоего дедушки дурацкое, чего уж там. Но мысль верная. Общий враг объединяет. Но ты это, если наша молодежь будет себя слишком борзо вести, говори нам. Мы парочку приколотим гвоздями к позорному столбу, другим не повадно будет.
— Гм. Учту.
Конечно, я не обычное сражение имел ввиду. Раньше, чем между прибывшими и местными пролегла пропасть, кто-то из северян глупо пошутил, рабочий схватился было за топор, дал всем цель. Бросил в водоворот работы. Её было много. Она станет общей задачей. Общим сражением.
Утром женщины заняли кухню, вместе с Авророй принялись кое-как кашеварить. Царил бардак. Отыскал Магнуса, вместе мы собрали всех, определяя прямо с утра — в бой. Нордов строили в группы, закрепляли им сержантов, я настаивал, чтобы бригадиров звали так. Давал им «фронт» работ. Всего групп получилось двадцать две. Расчистка будущих улиц. Две ушли рубить лес, перемешавшись с местными. Две — разгружать фриманца. Ещё одна должна наполнить привезенные емкости водой из холодного ручья. Кто-то будет рыть запруду в желтом ручье, для технических нужд. Надо таскать камень, восстанавливать стену, сразу в нескольких местах, сразу же прокладывать дорогу к болотникам. И строить, строить, строить — временные здания, даром ли мы столько бревен завезли. Успеть как можно больше до зимы. Все должны быть при деле. Две дюжины пацанов помельче отрядил в подчинение к Осмеру и Талли, постоянно разведывать окрестности, плевать, что языка не знают, научатся. Остальные — подсобничать на кухне.
Со временем мелкие собрались вокруг двух своих командиров, разделились на команды и стали ребячески конфликтовать, бегая наперебой жаловаться мне друг на друга. Пришлось построить их в большую шеренгу (и заодно научить этому слову) с учетом их пожеланий распределить на два отряда. Одни, под руководством Талли стали «Совами стены», защитниками города и поддержкой будущей городской стражи. Другие — «Лесные белки». Их задача была посложнее, патрулирование окрестностей. Со временем, банда Осмера так в этом поднаторела, что охватывала патрульными рейдами все земли Соллей, знали все, в том числе звериные тропы, соорудила себе систему копаных тайных схронов, где постоянно обретались. Значительно позже они помогли создать подробнейшую карту земель, а сейчас хотя бы не путались под ногами у взрослых и приносили реальную пользу.
Всем нордам сразу велел потихоньку-полегоньку учить всеобщий. По слову, по букве. Я задался целью загрузить делами всех, включая стариков, которые должны были обшарить берег на предмет — не выбросило ли море что-то полезное. Ещё группа знавших всеобщий и наименее похожая на разбойников под командованием Снорре и Магнуса была отправлена в Конкарно за продовольствием. Нескольких дипломатичных стариков — пойдут знакомиться с рыбниками.
И приказал готовиться к принесению клятвы фуа. Это обязательное условие, все взрослые, все до последнего должны принести клятву отцу. Для тех, кто всеобщий не знал, а их пока большинство, перевел текст на нордский, Снорре будет им говорить по слову, они повторять. Клятву принесут против обычаев не по одному, а оптом, группами, скорее всего так же, как и работают.
Уже среди дня заметил, что местные и норды оправились от первоначального культурного шока и теперь северяне светятся от счастья как дети на празднике. Усталые, но довольные, гогочут, обнимаются, хлопают работяг по спинам. Уже и забыли, что они уплыли из дома не от хорошей жизни. Что там почитают болотники, стену или вал, как святыню? Значит, надо за пару дней кое-как подлатать периметр города, это не сложно при такой толпе работников, выставить охрану на воротах и устроить праздник. День прибытия или день стены, которая отгораживает новый мир горожан. Людям нужен праздник. Запомню себе, чтобы закупить много вина.