— Отсыплем стену?! При моей жизни? Посрамим старого пердуна Франга? Что ж ты подвижник сразу не сказал, что святой человек!
Внезапно оказалось, что упрямым как ослам болотникам не столь важны были двенадцать медных денье за сотню добрых кирпичей, а это большие деньги, учитывая сколько их будет произведено, не важно, что я куплю им зерна на пару лет, чтобы освободить от сельского хозяйства, а вот восстановление какого-то сраного вала — важно. Радовались как язычники человеческим жертвоприношениям.
Старик достал уродливый, но огромный горшок ягодной браги сомнительного происхождения, послал внуков за кем-то, и скоро обсуждение шло вместе с одетой в шкуры и металлические бусы местной элитой.
Аббат на ходу определял, кто будет следить за забором глины, как очень важной частью процесса, болотники с важным видом соглашались. Добрая глина важней всего! Выбрали геометрию идеальной расстановки готовальных ям, туда слоями сгружается глина и болотная вода, кстати, для этого сразу решили копать два дополнительных колодца. Смесь выстаивается две недели, воду регулярно добавляют, пока заполняются другие ямы, потом смесь вывозится, яма снова заполняется и так по большому кругу. Готовая смесь — глиняное тесто, отвозится под навесы (чтобы работать и в дождь) на лепильные столы, так будет удобнее и повысит производительность труда, однако их ещё нужно будет построить. Местные женщины, поскольку это работа аккуратная, при помощи деревянных форм, их в наличии всего три, а понадобится пара сотен, лепят кирпичи. Сырцы складывают в сарайчики — сушильни, где они медленно, чтоб не треснули, сохнут ещё неделю. Подсохшие сырцы аккуратно, это будут делать ответственные старики — закладывают в гигантские печи для обжига, которые тоже предстоит ещё построить, где горящий торф превращает формованную глину в обожженный кирпич. Потом ещё медленно доходит под крышей. Целая история с этим кирпичом. Но болотники были, как ни странно — довольны, все оговоренная технология полностью соответствовала их древней традиции, только усиливала её.
Аббат свинцовой палочкой принялся записывать себе количество столов, которые надо построить, лопат, тачек, телег и подносов, сараев и всего-всего. Вздохнул, что нужен рукастый печник, чтобы собрать здание обжигальной печи. Я в уме прикидывал в какую сумму денег вылетит этот кирпич. Выходило целое состояние. Надо искать ещё утонувшие корабли, мы же вроде побережье, иначе разоримся ещё до начала стройки. Или замок какой разграбить?
— Любезный Руэйдхри, а у болотников есть предубеждения против восстановления этого здания?
— Ваша милость барон, вам, конечно, простительно, только мы вовсе не болотники, это окрестные нас так в дикости своей величают, мы себя именуем «потомки», означает потомки древних римлян, мы наследники властителей города. Согласно легенде, хозяева города, мудрецы, правители и военачальники нашли спасение в болотах, когда пришлые дикари разграбили и пожгли город, а мы — потомки, остались охранять древние знания.
Руины впереди были довольно обширны. Местные, в том числе и болотники (как бы они себя не называли) считали это Дворцом мертвых. Мелким пацанов Кайл, конечно, тоже тут лазил. Сохранились три стены из четырех и круглые башенки с двух углов. По всем болотам валялись покрытые лишайником бесцветные куски черепицы. Если найти сложенные в стопку несколько штук, по средним можно угадать, что цвет их был когда-то красным. А здание было большим и широким — три этажа. Огромный двор, до сих пор не поглощенный болотом. Словом, его в теории можно восстановить, если фундамент держал остатки стен сотни лет, наверное, до сих пор крепок.
С первого взгляда понятно почему ни норды, ни мои предки не заинтересовались дворцом как основой для замка или поселения. Кругом болота: вонючие, ровные и бесплодные. Жить тут тоскливо, с учетом змей и топей — опасно само по себе. Оборонять в такой местности было бы сложно. Поэтому для них руины были просто бессмысленной достопримечательностью.
Кроме старейшины нас сопровождала целая армия детей постарше и подростков, которые, без стеснения пялились то на меня, то на своего старейшину, забегали вперед и путались под ногами. Старик неопределенно ответил на предубеждения о восстановлении дворца. Болотники жили по довольно странным правилам и обычаям, усматривая чуть что волю древних людей, которых почитали намного больше Господа и святых. Выходило, что такого запрета нет, но и смысла тоже вроде как нет, кто же станет жить в отстроенном дворце? Пустая трата сил.