Что?
Я моргнула, чувствуя себя ошеломленной, как будто он только что ударил меня по лицу. Меня охватило унижение. Я задушила звук в горле и обняла себя.
Он прищурился, глядя на меня.
— Почему ты никогда никого не целовала?
Я пожала плечами, чувствуя, как мою кожу обдало жаром. Я подняла подбородок.
— Раньше я никогда не встречала никого, кого бы мне хотелось поцеловать, — ответила я, небрежно. Но на самом деле это было правдой.
— И ты хочешь поцеловать меня?
Я фыркнула.
Зазнавшийся мудак.
Значит, Кайленд не только не собирался меня целовать — он собирался заставить меня чувствовать себя смущенной и неопытной? Именно по этой причине я зареклась от мужчин.
— Уже нет, — я встала, схватила свои пакеты и двинулась мимо него.
Но он остановил меня, схватив за руку и прижав к себе. Я пыталась вырваться.
— Отпусти меня, — прошипела я. — Ты прав, я не хочу тебя целовать, я собираюсь уехать в колледж и позволить настоящему мужчине поцеловать меня, а не какому-нибудь глупому деревенщине, который думает, что его губы Божий дар для всех девушек Кентукки.
Кайленд отпустил мою руку, выглядя по-настоящему оскорбленным.
— Это не то, что я думаю.
Я издала звук отвращения и продолжила идти. Я почувствовала, что все внутри меня вспыхнуло, и я вся дрожала, тщетно пытаясь отвергнуть глубокое чувство боли и разочарования.
— Хорошо, ты и не должен. У тебя нет ничего такого, чего нет у любого другого мужчины, Кайленд Барретт, — закончила я, помчавшись обратно к дороге и быстро пройдя весь путь домой.
Я понятия не имела, пошел ли Кайленд вслед за мной или нет, и я сказала себе, что мне все равно.
Глава 5
На следующей неделе, в ветреное воскресенье, мы с Марло шли вниз по склону. Она направлялась на работу, а я в библиотеку Деннвилла.
— Не задерживайся, хорошо? — сказала Марло, когда мы собирались расстаться.
— Не буду. Мне просто нужны несколько новых книг.
Мы старались не оставлять нашу маму надолго одну в трейлере. Конечно, если она должным образом принимала лекарство, она вряд ли могла сделать что-то необдуманное. Но мы не могли знать наверняка, принимала ли она свои таблетки. Она могла их просто не проглотить, и их подсчет мы, конечно же, не вели. Если мама решила больше не принимать лекарство, она отлично знала, как скрыть этот факт. Но, в любом случае, маму нельзя было назвать деликатной. Если она не находилась в постели, она не любила быть в одиночестве. Честно говоря, это было изнурительно, но нам приходилось с этим справляться, потому что у нас не было другого выбора.
Я часто задавалась вопросом, каково это иметь родителей, которые бы заботились о тебе, а не наоборот?
Когда мы ступили на тротуар главной улицы, мы увидели, как прямо на нас шел мужчина, глядя на телефон в своих руках.
— Боже, отвернись! — прошипела Марло.
— А?
Внезапно мужчина поднял глаза.
— Мне очень жаль, — сказал он, задев мое плечо и сделав большой шаг влево. — Ох, привет. Тенли, верно?
Могу поклясться, что слышала, как Марло издала маленький раздраженный стон.
— Привет, доктор Нолан? — я взглянула на Марло, на ее лице была маленькая, фальшивая улыбка.
Раньше я не встречалась с доктором Ноланом, но видела его, и знала, что он стоматолог, который организовал практику в Эвансли. Видимо, он был здесь, чтобы спасти рты «Маунтин Дью» в Аппалачи — доблестное намерение, возможно, он мог бы сделать несколько улыбок привлекательнее. Меня всю передергивало каждый раз, когда я видела, как ребенок сосет бутылку с газировкой. Излишне говорить, что мне приходилось часто съеживаться. И, очевидно, большинство его клиентов, если они вообще могли заплатить, оплачивали его услуги самодельным самогоном. Несмотря на это, он все еще был здесь. И на удивление трезвый.
Другой факт, который я знала о докторе Нолане, заключался в том, что несколько месяцев назад Марло провела с ним одну ночь, после того, как он приехал к Элу выпить пива. И с тех пор она его игнорировала.
— Зови меня Сэм, — сказал он, поглядывая на Марло. — Привет, Марло. Как дела? — спросил он, поправляя свои очки.
Честно говоря, он был милой версией Кларка Кента. Его волосы были слишком растрепаны, на нем были очки в черной оправе, и рубашка, застегнутая до самого горла. Но он был красив, несмотря на все это, и выглядел здоровым. Я взглянула на Марло, подняв брови.