— Ладно, — тихо ответила Мираэль, и они направились в глубь этих залов, чувствуя на себе гулкое дыхание истории и небезопасного авторитета.
Проходя через высокую арку в коридор, Кайн заметил на стене ещё один рунический текст: «Все, кто не чтит законы Истины, вкусят кару». Некто когда-то давно выбил эти слова на камне, словно напоминая, что истина – для Института дело тонкое, и всякий, кто захочет свернуть в сторону, может быть приговорён без суда и следствия. Мальчик сглотнул, крепче сжимая кисть, где под бинтом была спрятана Руна Жизни. Он надеялся, что хватит смелости сохранить свои секреты и защитить Мираэль, но внутри чувствовал: путь лишь начинается, и арки, колонны, бесконечные каменные переходы — это только внешняя оболочка мира, где на самом деле правила диктуют жёсткую борьбу за силу и выживание.
Мираэль шла рядом, стискивая пальцами шов на рукаве своего нового, аккуратного одеяния. Никаких расшитых платьев в Институте не носили – только либо форму с символами принадлежности, либо робу, или же строгую тунику, как у Кайна. Она исподволь поглядывала на студентов, снующих мимо с книгами под мышкой, на стражников, опирающихся на копья у перекрёстков коридоров. В их глазах она читала безразличие. Наверное, никто не догадывался, что эта хрупкая девочка с руной Солнца кое-как научилась подавлять случайные вспышки света. И что рядом с ней идёт тот самый Кайн, кто уже не раз спасал её.
— Как думаешь, мы здесь надолго? — тихо спросила Мираэль, бросая неуверенный взгляд на друга.
Кайн оглянулся на неё. Сам он чувствовал себя не в своей тарелке: скрывать дополнительные руны, притворяться, что управляет лишь силой ветра, – каждое утро теперь начиналось с осторожной проверки, чтобы бинты на руках, скрывающие руны, не ослабли. Он старался выглядеть бодро:
— Думаю, да. Господин Ренваль, который оформлял нашу запись в списки, сказал, что базовый курс обучения длится 2 года.
Мираэль тяжело вздохнула и опустила взгляд. Для неё каждый день становился новой проверкой: маги Института порой приходили с измерительными кристаллами, пытались понять, насколько мощно проявлена её Руна Солнца. А она, боясь неосознанных вспышек, вынуждена была сдерживаться, чтобы не выдать растущую силу. Благо Кайн всегда был рядом – если становилось совсем тяжко, он отвлекал учителей разговорами о ветре или тайных техниках фехтования, которые мог бы «при желании» освоить, – лишь бы не давать лишний повод придираться к Мираэль.
Они поселились в общем крыле для новых студентов: у Кайна была крохотная отдельная комната с узким окном под самым потолком, а у Мираэль – чуть просторнее, но тоже небогато обставленная. Утро начиналось с обязательной «физической» тренировки: мальчики и девочки разного возраста выходили на двор позади главной башни, где под командованием стражей делали упражнения. Некоторые – с оружием, другие – с магическими практиками. Потом следовали теоретические уроки: история рун, основы их структуры. Мираэль, с её руной Света, часто вызывала интерес преподавателей – ей давали задания на контроль яркости и спектра. Она оттого всё время ходила насторожённая, боясь, что, сделав шаг не так, снова выдаст вспышку.
Кайн и Мираэль с ещё десятком новичков расселись по лавкам в полутёмной аудитории. Над ними тяжело нависали деревянные своды с выжженными руническими символами — вероятно, что-то вроде оберега от случайных магических всплесков. Мальчик украдкой поглядывал на соседей: молодые студенты, многие явно волновались не меньше. Вдруг дверь в дальнем конце зала приоткрылась, пропуская внутрь худощавого мужчину средних лет с тонкими чертами лица и очками на носу.
— Итак, — негромко заговорил он, шагнув к кафедре. Голос звучал мягко, но уверенно. — Меня зовут преподаватель Элизандр, и я отвечаю за базовый курс «История рун» для новых учеников Института. Прошу внимания.
Он взглянул на разложенные перед ним свитки, проверяя что-то по списку имён, а потом откашлялся и начал:
— Вы здесь, чтобы постичь магию рун, но, прежде чем вы научитесь их совершенствовать, нужно понять саму природу этих сил. Каждый из вас, — тут он медленно обвёл взглядом класс, — либо получил руну в ходе практики или ритуала, либо, что реже, родился с ней. Примером последнего может быть руны лавы, руна луны и так далее. Обычно, такие руны отличаются от стандартных, что можно в себе пробудить в последствии тренировок. Подобные случаи мы называем «врождённой предрасположенностью». Это значит, что сама энергетика человека благоприятствует возникновению того или иного символа.