Поэтому, когда на пороге дома послышались тяжёлые шаги, Кайн не выдержал: он раскрыл окно, выходящее на задний двор, и, пользуясь моментом, скользнул в темноту. На улице его чуть не заметил патрульный, но мальчик успел создать из руны Ветра приглушающее заклинание — ветвистая изгородь зашумела, отвлекая стражника, а Кайн за долю секунды юркнул за дальний угол. Стараясь не выдать себя, он выбрался за пределы деревни и углубился в знакомые лесные тропы.
Он шел напролом по чуть освещённой тропинке, что вела к речушке на окраине деревни. Туда редко кто забредал даже днём, а уж ночью и подавно. В темноте он ориентировался по едва различимым силуэтам деревьев и знакомым изгибам берега. Когда-то мальчишкой он часто бегал к реке на рыбалку, поэтому знал дорогу наизусть, мог вслепую пройти и не сбиться.
Краем уха Кайн ловил каждый шорох: в таких местах легко было наткнуться на бродячих зверей или случайную ночную охрану, если люди Института выставили дозор. Но чем дальше уходил от деревни, тем спокойнее становилось: лишь звук шуршащих кустов, редкое уханье филина да треск веток под ногами, когда он неловко наступал в заросли.
Вскоре показалась лесная просека, ведущая вглубь, где начинался настоящий дремучий лес. Лунный свет тут лишь изредка падал на стволы, выхватывая белёсые пятна коры и ветвей. Кайн трепетно вздохнул, вспомнив, как когда-то уже бродил этими тропами и именно здесь впервые повстречал таинственного старца, умеющего обращаться с Руной Жизни. Тогда лес казался ему страшным, но теперь страх отступил перед решимостью.
Продвигаясь осторожно, мальчик перешёл неглубокий овраг, перепрыгнул через валежник, помнил приметные деревья с кривыми ветвями. В тишине ночи он слышал биение своего сердца — каждый шаг отдавался эхом, но Кайн упорно шёл вперёд, мысленно повторяя:
«Только бы найти старика, только бы успеть».
Примерно через час размеренного блуждания тропка вывела его на знакомую опушку. Тот же дуб, та же мягкая полянка цветов. Старик появился, как будто и не исчезал: вышел из-за корней дуба, опираясь на посох, и молча посмотрел на мальчика. Кайн, хватая ртом воздух, выкладывает всю историю: об институте, о жутком «отборе» детей, о Вильяме, представившемся помощником могущественного лорда, о том, что приёмные родители в смертельной опасности, если он не вернётся.
Старик слушал внимательно, вглядываясь в растерянные глаза своего юного ученика. Когда Кайн умолк, старик тяжело вздохнул:
«Ты уже знаешь, мой мальчик, что великая сила всегда идёт рядом с великой жертвой. Если ты останешься здесь, то ни ты, ни твоя семья не будете в безопасности. Институт не отступит. Они способны сжечь целое селение, лишь бы не упустить носителя редких рун. Ты не сможешь укрывать родителей вечно».
Кайн резко вскинул взгляд:
«Но ведь я… я хочу защитить их! Разве нет другого пути?!»
Старик качнул головой:
«Путь всегда есть, но не всегда он лёгок. Порой, чтобы сохранить близких, приходится идти на союз с людьми, которым не доверяешь. Вильям, возможно, не так страшен, как другие из Института, и если он предлагает сделку, это шанс».
Старик тяжело выдохнул и, упираясь костлявыми пальцами в свой посох. Казалось, груз прожитых лет и мрачных воспоминаний лег на его плечи ещё сильнее.
– Слушай внимательно, мальчик, и не перебивай. В этих словах—куда больше истины, чем в сладких речах тех, кто заманивает детей в свои стены…
Старик на мгновение закрыл глаза, словно заново переживая давние события, затем продолжил:
— Официально Институт – «великая школа магии», где каждый может раскрыть свой потенциал под присмотром лучших наставников королевства. Твои соседи, да и ты сам, наверно, слышали эти сказки: «Мы воспитаем нового защитника страны», «Мы научим вас управлять рунами без риска». Тьфу, – он с явным презрением сплюнул в траву. – Если б всё было так просто и безобидно…
Он подался чуть вперёд, и лунный свет выхватил из тени тонкие морщины у его глаз.
Старик тяжело вздохнул, перекладывая посох из одной руки в другую, и посмотрел на Кайна:
— Институт? Забудь всё, что тебе говорили о «школе магии». Он давно обернулся настоящей инквизицией. Сверху там восседает Верховный Стол — пятеро магистров, каждый при своём деле. Один отвечает за исследования рун, другой за «тёмные ритуалы», третий ведёт дела с королевским двором… И так далее. Говорят, они сильны, амбициозны и порой бездушны. Технически они служат королю — потому что так выгоднее всего. Им нужна его защита и привилегии. Но знай: никакое «благо народа» им давно не важно. Да и нужно ли, если у них есть власть над всей магией королевства?