— Может, ты просто делал все наперекор, боролся с окружающими за свои убеждения, а в последнюю очередь прислушивался к словам родителей? Сопротивляться ради сопротивления сомнительная тактика. Не учится, делать все по-своему, как нравится тебе, — Раздался над ухом голос Пилона. Неужели я говорил вслух? Похоже на правду.
— Нам стоит отдохнуть перед путешествием. Неизвестно что ждет впереди, — ответил я.
— Конечно, малыш. Но прежде обговорим. Возможно, наши дороги скоро разойдутся, стоит решить как вести себя дальше.
От его слов, что-то заныло в душе. Так быстро? Конец. Дороги разойдутся и все?
— Кайорат, вода что, прополоскала твои мозги? — рявкнул Пилон. Я собрался силами, сглотнул и прислушался к речи коня.
— Итак, Тхатсидттхф поможет покинуть этот мир и перейти куда-то в другой. Переход совершим совместными усилиями. Мы с Осей дадим энергию, Тхатсидттхф откроет портал с помощью этой энергии и ключа Кайората. Поскольку магия вывороченная, только он и сможет. На той стороне, уж сориентируемся как-нибудь. Не впервой чай, верно?
Мы кивнули. Матахи вылез из водоема и вразвалочку подошел к нам:
— Напоследок, хочу сказать вот что. Если ваше путешествие продолжится, постарайтесь связаться с радугой. Если нужна будет помощь матахи, сошлитесь на меня. Хочется подложить свинью соплеменникам. Они не смогут отказать, родовое единство, понимаешь. И будьте осторожны. Вы не особо мне нравитесь, но враги радуги не нравятся еще больше. Каждый из вас может стать жертвой интриг. Да, и не верьте россказням про историю о моем отшельничестве. Ложь от начала до конца. Теперь, подойдите к водоему. Это и есть портал.
Не сдержавшись, Пилон выругался. Мы подошли к водоему и выстроились в ряд. Я уставился в синюю глубину, она для меня внезапно обрела таинственность и новизну. Тишина нарушалась бормотанием матахи. Звуки речи, отрывистые, рычащие, похожие на низкое и угрожающее шипение, а потом клекот или пронзительный скрип заставляли напряженно вслушиваться. Ухо начало греться. Я заметил, сильно скосив глаза, что ключ сменил цвет. Это не был тот яркий зеленый первого перехода, а скорее мутный грязный оттенок, но и не фиолетовый же! Осирис заулыбался, значит, мы смогли открыть проход. Повизгивание матахи затянулось на одной ноте, а затем он резко замолчал. Водоем никуда не исчез, но внутри него образовалась воронка, подернутая какой-то радужной пленкой. Врата подергивались, пленка становилась то более, то менее прозрачной и по ней шла некрасивая рябь.
— Прыгайте, да поживее! — скомандовал матахи. Я взглянул на него и шагнул за исчезающим в воронке Осирисом. Меня охватил ужас. Совершенно потеряв ориентацию в пространстве, я крутился и вертелся в водовороте темного воздуха. Вспышки света чередовались с абсолютной тьмой, трясло и закручивало так, что желудок сжался в тугой комок. После очередного умопомрачительного кульбита послышался хлопок, которым заложило уши, и я получил мощный пинок под зад. Пролетев несколько метров, шумно плюхнулся в песок, проехался на пузе и, набрав в пасть песка, наконец, остановился. Отплевавшись и откашлявшись, я поднялся на подкашивающихся лапах и разочаровано вздохнул. Похоже, портал переместил нас обратно в пустыню барбусов.
— Ужасно. Просто отвратительно. Но, тем не менее, поздравляю, нам удалось!
Я обернулся. Осыпанный песком, чихая и раздраженно мотая головой, Пилон шел в моем направлении. Тут я сообразил, что стоит яркий солнечный полдень.
— А где Осирис?
Мы встревожено огляделись. Икуб отсутствовал.
— Ну, потеряться в переходе он не мог.
— Тогда где он?
Пилон раздраженно фыркнул. Я расправил крылья и несколько раз хлопнул ими, пытаясь, таким образом, избавится от песка. Добился противоположного эффекта. Поднялась туча песка и окутала плотной удушающей пеленой. Когда мы прокашлялись, на песке осталась лежать сумка Осириса. Точнее, одна из его сумок.