Хотя куратор в последнее время вообще удивлял странностями. Один его отказ от доведения до конца ритуала ради того, чтобы привести меня в порядок, чего стоил… А это ведь был призыв дэва*, в паре с которым был ещё один, а теперь уже и не известно, сможет ли Корн когда-нибудь заключить с ними контракт. Как будто его отношение ко мне внезапно поменялось в лучшую сторону. Интересно, с каких пор это произошло? Не с тех ли, когда он узнал, что я Ниро? Но ведь должно быть с точностью наоборот — не зря же наши семьи испокон веков враждуют. Или он всерьёз рассчитывает на какие-то преимущества от дружбы со мной? В конце концов, мой старший брат — гораздо более подходящая мишень в этом плане. Наверняка тут есть что-то ещё… Но что же?
(Дэв** — фамильяр, дух, которого маг может призвать, если достиг пика своей стихии. Каждый дэв хочет чего-то особенного, с ним нужно суметь договориться)
Я открыл дверь на третью арену — место тренировок дюжины Корна — и привычно увернулся от летящей магии.
Иногда у меня возникало впечатление, что студенты внутри стоят и ждут, когда кто-нибудь начнёт открывать дверь, и тогда выпускают снаряд, целясь точно в лицо входящего. Конечно, этого не могло быть, делать им больше нечего, но… место и время совпадали слишком часто!
1.3
— Привет! — громко крикнул я, оповещая о своём прибытии. — Что интересного придумаете для меня сегодня? — я помахал рукой и широко ухмыльнулся.
— О, мелкий пришёл! — воскликнул заместитель капитана Терран, блондин с огромным мечом.
— Книжник! — радостно возопил Грэг.
Однажды я помог ему в магических исследованиях длительных заклинаний поддержки. После этого он меня иначе как «книжник» и не называл… Наверное, мне стоило расценивать это как признание с его стороны. В общем-то, и прозвище было ничего…
— Поди прочь, зелёный, — потёр руки Регерт. Тот самый, который оформлял студентов на вступительных. После этого я его мысленно называл секретарём. — Сегодня он у меня на растерзании, — он хоть и не узнал о том, что по моей милости драил туалеты, это была моя маленькая месть, но почему-то всё равно меня невзлюбил. Интуиция? Если так, то она у него отменная.
— Ну, знаете ли, — от стены отлепился сам капитан третьей дюжины, — я планировал сегодня сам с ним размяться. Я скривился, пытаясь выдать получившуюся мину за улыбку. Корн предвкушающе посмотрел на меня, будто на куклу для тренировки ударов. — Что выбираешь? Воду или огонь?
— А можно без магии? — попросил я.
— Нельзя. У тебя же она теперь есть. Тогда я сам выберу…
— Воду! — быстро перебил я этого садиста, с содроганием вспоминая, как закончилась наша предыдущая тренировка с огнём.
— Жаль… — Корн кивнул на дверь. Видно, решил потренировать вопреки моему выбору иную стихию. В конце концов, он не мог этого сделать ни с кем другим, потому как держал свои таланты в тайне.
Мы перешли на свободную арену. Она была гораздо меньше просторного зала под номером три, зато здесь никого не было:
— Ты вообще никому не сказал, что открыл землю? И, кажется, уже довольно давно?
— Разумеется. Да и кому бы я сказал?
— Разве твой куратор не должен быть в курсе? — намекнул я на моего старшего брата, было бы полезно узнать, насколько плотно они общаются.
— Мао всё-таки Ниро. А для мага молний существует всего одно слабое место. Знаешь какое? — Корн притворил за собой дверь.
— Боевой маг земли? — я уже думал об этом. И даже пришёл к выводу, что таковых нет именно из-за слабости магов молнии. Из всех земляков поголовно делали лекарей, хотя со своими опутывающими лианами и ядовитыми растениями, они были бы весьма полезны в бою. А если вспомнить, что единственной в стране Академией магии испокон веков руководили Ниро, повелители молний, то напрашивался один очевидный вывод. — Но почему ты тогда мне об этом говоришь?
— А то ты сам не догадался… — хмыкнул он. — Тренируемся с землёй.
Я печально вздохнул. Корн определённо не доверял моей семье. Даже не знаю, радоваться мне или нет.
— Малеса правда заболела? — поинтересовался я.
— Да, — он пожал плечами.
— Кто тогда руководит Академией?
— Мао, — я чуть поморщился, мои подозрения полностью оправдались. Корн внимательно смотрел на реакцию, которую у меня не вышло скрыть. Но не стал ничего спрашивать. — Приступим.
Он напал. Лианы взвились с четырёх сторон, заострёнными концами нацеливаясь в меня.