Боже, Анна, сказала она себе, о чем ты думаешь?
Рив был сильным, решительным, хорошо знающим свое дело; красивым, сексуальным. Всеми этими качествами она восхищалась в людях. Но восхищается ли он какими-нибудь ее качествами? Он постоянно поглощен делами. Всего один раз он был нежен с ней: когда уверял ее, что она все делает правильно, что она сможет защитить своего сына. Впрочем, она лишь его клиент. Ему платят за то, чтобы он охранял ее и учил заботиться о своей безопасности. С какой стати он должен хотеть чего-то большего?
— Мама! — закричал Джин Луис, несясь к ней по коридору.
Анна присела на корточки, поймала сына в объятья и расцеловала. Как она была рада его видеть! Зная, что уже вскоре сын сочтет, что он слишком взрослый, и не позволит ей целовать его, особенно на людях, она пользовалась моментом: обнимала его, гладила темные волосы, с любовью глядя в озорные глазки.
— Что ты привезла мне? — спросил мальчик.
Она улыбнулась.
— Только себя.
Он даже не пытался скрыть разочарование.
— Джин Луис, — произнесла Анна с упреком, — ты ведь знаешь, что я не всегда привожу тебе подарки.
— Да, — уныло подтвердил он. — Но если привозишь, то твой приезд становится еще радостней.
— Ах, ты… — игриво протянула она. — Знаешь, давай-ка лучше поиграем в прятки.
— Здорово! — он даже подпрыгнул от восторга.
В то утро они с Эстер быстро закончили все дела, Рив съездил еще на одну примерку, а потом отвез всю компанию на частный аэродром, где их ждал самолет. Через несколько минут они уже летели обратно в Инбург, ни разу не потревоженные прессой с тех пор, как залезли в грузовик для перевозки белья. Для Анны это было, пожалуй, самое приятное путешествие за последнее время и прекрасная передышка в приготовлениях к свадьбе сестры, которые велись в сумасшедшем темпе.
Завтра Национальная Ассамблея устраивает торжественный прием в честь Алексис и ее жениха, давая официальное согласие на их брак. Эта традиция, конечно, попахивает средневековьем, но она чудесна. Анна знает, что Алексис и ее ковбой вздохнут с облегчением, когда все закончится. Джейс с нетерпеньем ждет того дня, когда сможет вернуться в Аризону со своей женой, оставив все формальности и торжественные приемы позади.
Она почувствовала, как зависть больно кольнула ее в сердце.
— Ну, мы будем играть в прятки или нет? — Джин Луис вернул ее к действительности.
— Да, конечно, но сначала…
— Что это за игра? — спросил Рив, подходя к ним. Он, как обычно, быстро осмотрел коридор, дверные проемы и даже запертые окна, снабженные сигнализацией.
— Это мама придумала, — ответил Джин Луис.
— Прятки, но с подсказками, — объяснила Анна.
Рив взглянул на часы.
— Сколько времени она займет? Через час я должен позвонить в офис, где будет проходить конференция.
Анна слегка рассердилась.
— Простите, а при чем тут игра?
— Через час я должен принять участие в конференции.
— Рив… я не хочу вас обидеть, но в эту игру мы с сыном играем вдвоем. Мы не просили вас присоединяться к нам.
Он приподнял одну бровь.
— Ничего не могу поделать. Я вас охраняю, поэтому должен быть с вами постоянно.
Анна почувствовала приступ паники. Два дня они с Ривом были почти неразлучны. Ей нужно отдохнуть, нужно очистить голову от мыслей, из-за которых она не могла уснуть прошлой ночью. Для этого очень подходит такое невинное и взбадривающее занятие, как игра с сыном. Вдвоем.
— Мы играем в эту игру здесь, во дворце, в основном в подвальных помещениях. Вам совсем не обязательно наблюдать за нами.
— Пусть он тоже играет. Он может помогать мне, — предложил Джин Луис, радостно подпрыгивая.
В ужасе она посмотрела в загоревшиеся глаза сына. Ее система воспитания предусматривала исполнение просьбы Джина Луиса, если это шло ему на пользу. Она считала, что так поможет мальчику научиться самостоятельно принимать решения. Но в данный момент она совсем не была уверена, что выполнение его просьбы пойдет на пользу, по крайней мере, ей. Хотя, с другой стороны, если им и дальше предстоит разыгрывать влюбленную парочку… Может, так она узнает его получше.
— Ну, ладно. Вы можете помогать Джину Луису придумывать подсказки, по которым я буду искать его.
Мальчик снова радостно подпрыгнул.
— Обычно мне помогает Эстер, но ее подсказки очень простые. А вы могли бы придумать трудные-трудные подсказки, чтобы мама не нашла меня? — спросил он возбужденно.