— Что бы ни случилось, Гай, я всегда рада тебя видеть.
Гай остановился внизу лестницы и взял ее за руку.
— Это правда? То есть вы ведь знаете, как я отношусь к вам?
— Что я должна знать? — она тревожно взглянула на него.
— Согласитесь, было бы очень разумно одному из самых древних знатных родов Инбурга породниться с семьей монарха.
— Породниться? — выдавила она слабым голосом.
— Я знаю, что вам нравится этот американский солдат. Но он скоро уедет, и все закончится. А мы с вами когда-то были очень близки, вы не можете отрицать этого.
— Близки? Дружны — да. Но не близки.
— А, вот ты где! — весело произнесла Дейдра, подходя к ней. — Алексис и Джейс уже вернулись, сейчас начнется прием. Здравствуйте, Гай. — Она взяла Анну под руку и повела в бальный зал.
Анна оглянулась. Гай все еще стоял в проеме двери. Рив оказался прав, утверждая, что тот любит ее. Только выражение лица Гая не выдавало страстно влюбленного человека. На нем читалось разочарование и раздражение.
Впрочем, подумать обо всем этом у нее не было времени, так как к ней подлетел Джин Луис, в восторге кричавший, что Питер Хаммет, как сказала Эстер, может взять его посмотреть на лошадей.
Анна считала, что нужно вернуть сына к нормальной жизни чем быстрее, тем лучше, и, получив от нее разрешение, мальчик помчался к Питеру.
Следуя примеру Алексис и Джейса, гости начали танцевать. Рив подошел к Анне, неотразимый в своем элегантном черном фраке.
— Могу я пригласить вас, Ваше Высочество? — Он поклонился. — Если вы помните, я неплохо танцую.
— О да! — воскликнула Анна, заставив его улыбнуться.
Рив закружил ее в танце, и она почувствовала себя безумно счастливой. Она смотрела в его серые глаза, которые темнели, когда он задумывался, и ярко вспыхивали, когда он собирался что-нибудь сказать, и думала, как сильно она его любит.
Затем всех пригласили к столу. Зал был украшен по-королевски. Во главе стола стоял король Майкл и улыбался дочерям и гостям. Прием был шикарный. Национальный бюджет не выдержит больше трех таких свадеб, подумала Анна.
Когда все тосты были сказаны, напитки выпиты, а блюда съедены, Алексис и Джейс ускользнули из зала готовиться к медовому месяцу. Торжественный прием подходил к концу. Рив предложил Анне подышать свежим воздухом, и они вышли на террасу, захватив два бокала с шампанским.
Спустившись по лестнице, они сели на скамейку в тисовой аллее. Было прохладно, и Рив накинул на Анну свой фрак. Он глотнул из бокала и внимательно посмотрел на нее.
— Вы устали, — сказал он.
— День был длинный, да и последние две недели были хлопотными и… тяжелыми. — Она сделала паузу, отпила шампанского и добавила: — Мне жаль, что все так случилось.
— Мне тоже, — тихо ответил Рив.
Она с удивлением посмотрела на него, но в сгущающихся сумерках не смогла рассмотреть выражение его лица.
— Я имею в виду Фредерика.
— А-а… — протянул он. — Его уже отвезли в Париж, и его кредиторам выплатили долг. Брэд за всем проследил. Думаю, некоторое время Пиннел будет тише воды, ниже травы.
— Надеюсь, — произнесла Анна. — Я никогда не рассказывала Джину Луису о наших отношениях и не знаю, как скажу ему, что он долгое время не сможет видеться с отцом наедине. — Она глубоко вздохнула. — И зачем только он снова возник в моей жизни со своими проблемами?
Рив взял у нее из руки бокал и, поставив оба бокала на землю, обнял ее. Положив голову к нему на плечо, Анна расслабилась.
— Как я рада, что все страхи и опасности позади!
— Но ведь это означает, что моя работа здесь окончена, — с грустью произнес Рив.
— Что?! — Она отстранилась от него.
— Моя команда уже собралась. Мы уезжаем утром.
— Уезжаете? — переспросила она, словно не понимая, о чем он говорит.
— Моя работа окончена, Анна, — повторил он.
— Но этого не может быть. Я… я имею в виду… ведь у меня были планы…
— Спектакль окончен. Я уезжаю и больше вас не увижу, — сказал Рив, обращаясь скорее к себе, нежели к ней.
— А как же Джин Луис? Вы ведь хотели чему-то научить его.
— Я проведу с ним еще немного времени перед отъездом.
— И все?
— Анна, поймите, мне нечего больше здесь делать. Если вас беспокоят отзывы прессы, то мы можем сказать, что расстались друзьями. Над этим работают сейчас мои люди.
Она беспомощно смотрела на него и, не зная, что сказать, сказала правду:
— Но я… люблю вас.
Рив взглянул на нее. Его лицо казалось мужественным и несчастным при лунном свете.
— Я тоже вас люблю, — произнес он.