Лэндман приветственно поднял свой бокал.
— Не будем здесь задерживаться, — сказал он. — Шоу начинается.
Клэр последовала за ним, прихватив свое виски. Лэндман отодвинул тяжелый занавес, пропустил ее вперед, и Клэр очутилась в помещении, похожем на модернизированный «Мулен Руж». В общем, стандартный кич, характерный для претенциозных дорогих стрип-клубов. Низкая сцена задрапирована красным плюшем и золотистой тканью. Как водится, лакированные красные и черные шесты. В середину зала от сцены тянется подиум. Мужчины, сидевшие за столиками, придвинули стулья поближе к нему.
Столик Лэндмана находился на специальном небольшом помосте. За ним уже сидела его свита, но не столь многочисленная, как на приеме у Отиса Тохара.
— Где вам удобнее поставить камеру? — спросил он.
— Здесь, — ответила Клэр.
Установив треножник так, чтобы стриптизерши мелькали на заднем плане, а на переднем маячила бы физиономия Лэндмана, она проверила, камеру, батарейки, пленку, свет. Прикрепляя к изнанке рубашки Лэндмана микрофон, она вздрогнула от случайного прикосновения к его холодной, как у мертвеца, коже. Наблюдая за тем, как Лэндман прихорашивается, Клэр поняла, что покрасоваться перед камерой, на глазах у широкой публики — для него истинное удовольствие. Она дала ему обычные инструкции. Предупредила, что эта запись войдет в фильм, что отвечать на вопросы следует подробно (лишние детали будут убраны при монтаже), что смотреть нужно в объектив, а не на нее.
Для начала Клэр спросила Лэндмана, кто он и откуда.
— Я Келвин Лэндман. Родился в тысяча девятьсот шестьдесят восьмом году в Кейптауне, но рос не здесь. В юности у меня были неприятности с законом. Когда я жил в Манненберге, я связался с ребятами из уличной банды. Впрочем, кто из нас через это не прошел? — Лэндман широко улыбнулся Клэр, но, вспомнив о ее предупреждении, вновь уставился в объектив. — У меня также были неприятности на политической почве, поэтому в конце восьмидесятых я уехал из нашей страны. Вернее — сбежал.
— Куда и как? — попросила уточнить Клэр.
— В Амстердам. Мой дядя служил в то время в торговом флоте и помог мне тайком пробраться на корабль, шедший в Амстердам. Как понимаете, на судне есть где спрятаться, особенно если ты симпатичный паренек, не вызывающий ни у кого подозрений. А я был тогда довольно симпатичен — хотите верьте, хотите — нет. В Амстердаме я познакомился с хорошими людьми, нашел работу. Начал с самых низов, а со временем кое-чего добился. Заодно я получил статус политического беженца и таким образом стал легальным иммигрантом.
— Какого рода бизнес вы изучали в Амстердаме?
— Немного — импорт, немного — экспорт. Торговля предметами роскоши. Скажу вам, что в Нидерландах больше свободы, чем у нас. Там можно вести бизнес, который почти везде считается преступным. В том же Амстердаме есть бары, где разрешено курить легкие наркотики. У девушек легкого поведения нет никаких проблем с полицией. Я, конечно, не хочу сказать, что мечтаю торговать травкой или содержать притон, но в принципе я там многому научился — я имею в виду тонкости бизнеса.
— Тогда посвятите меня, пожалуйста, в тонкости экспортно-импортных операций, — сделав равнодушно-непроницаемую мину, попросила Клэр.
— Все очень просто. Вы выясняете, какие товары или какие услуги пользуются сейчас наибольшим спросом, и поставляете или предоставляете их. Надо только не ошибиться в цене, и тогда ваши дела пойдут в гору. С тех пор как я вернулся в Кейптаун, я постоянно придерживаюсь этого принципа. Цены нельзя заламывать, но и нельзя действовать себе в убыток. Что мы экспортируем? Ну, например, вино и фрукты. В частности, персики.
Один из сидевших за их столом хмыкнул:
— А импортируем водку и жгучий тайский перец.
— Бенни, заткнись к такой-то матери, — прорычал Лэндман. — У кого берут гребаное интервью — у тебя или у меня?
Бенни поднял руки в знак полного согласия и вжался в кресло. Тяжело вздохнув, Лэндман повернулся в Клэр:
— Так на чем мы остановились?
— Вы говорили мне о спросе и предложении. Этот клуб работает по такому же принципу?
Лэндман огляделся вокруг, не скрывая гордости за свое заведение.
— Разумеется. Я обеспечиваю моих клиентов тем, в чем они нуждаются. Иду навстречу их интересам. Видите, с каким нетерпением они ждут начала шоу. А кроме того, я создаю рабочие места.