— Я уже побывала в фонде! — возбуждению Софьи Сергеевны не было предела. — Центр города, офис — конфетка, евроремонт, кожаные кресла, компьютеры, охрана… К директору не сумела, но с его заместителем (милейшая женщина, позавчера из Парижа) поговорила, удостоилась… — глаза Софьи Сергеевны сверкнули: — Наше дело на мази! — она скромно потупилась. — Берут туда отнюдь не всех, всё-таки очень большие деньги, сначала кандидаты проверяются, криминальные связи там, прочее — но эту проверку, я думаю, мы пройдем; в последние 50 лет муж мой, кажется, никого не ограбил, а, Костя?
— Конечно, дорогая, — улыбнулся Константин Константинович, — конечно, нет… — он помялся и осторожно заметил: — Но, Сонечка, если мне не изменяет память, «ипотека» — это кредит под залог недвижимости?
Софья Сергеевна несколько нервно подмигнула невестке:
— Вот, Аллочка, и так всю жизнь: Костенька слышит только то, что хочет слышать… Константин! — она обернулась к мужу. — Я же сказала «Интеллектуальная ипотека». ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНАЯ!
— Залог под интеллект? — усомнился муж.
— Да! — Софья Сергеевна нахмурилась. Нахмурилась еще и заговорила громче:
— Это только в нашей убогой стране умные люди не ценятся! А во всем мире если за что и платят, так только за ум! Вместо того чтобы порадоваться — вот, наконец, и до нас добралась Европа! — ты, Константин…
— Да я ж ничего не сказал, — испугался муж. — Соня?
— Тебе и не надо ничего говорить! — отмахнулась жена. — За 32 года семейной жизни я тебя успела наслушаться!
Она повернулась к Алле с Алешей.
— Значит так, дети мои, пусть этот вопиющий ретроград тянет свой воз по старинке — а нам, молодым, сие не к лицу! — она выдержала паузу. — Потому что сумма кредита знаете сколько? 8400 долларов. Восемь тысяч четыреста! А это новая машина, это ремонт, да что там — это всё вообще, что можно вообразить. Поняли?!
Шелест невидимых пока зеленых купюр был ей ответом.
Обезмолвленный ретроград тоже вздохнул.
Следующая неделя пролетела у Аллы одним днем — так напряженно она еще не жила, за всю 23-летнюю жизнь ей не выпадало ничего подобного. На визит в «Интеллектуальную ипотеку» Софья Сергеевна взяла ее с собой — и Алла от услышанного (а может от увиденного) пришла в изумление не меньшее.
— Почему?! — горячо выговаривала статная холеная дама бальзаковских лет. — По какому праву кто-то там наверху назначает нам зарплату?! Почему тысяча рублей, а не полторы и не сто? Я двадцать лет проработала учительницей, мне платили мизерную зарплату, на нее невозможно было жить, только выживать… Слава Богу, те времена прошли! Мы будем получать — нет, зарабатывать! — те деньги, которых достойны! Зарабатывать причем тем самым ценным, что у нас есть — интеллектом! Проще говоря — головой! Софья Сергеевна кивала речам в такт, и Алла, не замечая, стала кивать тоже. Начиналась какая-то волшебная сказка — и волшебство ее заключалось в полной и абсолютно надежной реальности.
— Поздравляю вас! — говорила в следующем кабинете другая, более молодая, но столь же симпатичная женщина. Алле больше всего запомнился кожаный футлярчик с золотым тиснением, из которого та доставала сигареты. — Проверку Вы, Софья Сергеевна, прошли. Деньги при Вас?
Алла недоуменно глянула на свекровь, но та успокаивающе положила ей руку на колено, а женщине гордо ответила:
— Разумеется.
— Очень хорошо, — начала вставать хозяйка кабинета, но Софья Сергеевна требовательно подняла ладонь:
— Знаете, — твердости Софьи Сергеевны стоило позавидовать, — я хочу, чтобы на один контракт со мной работала моя невестка — вот она, Аллочка.
Женщина расцвела:
— Нет проблем, Софья Сергеевна! Аллу мы, конечно, тоже проверим, но, я думаю, возражений у начальства не будет.
Алла ничего не понимала; держала ее только привычка во всем свекрови доверять.
— Ну — в кассу? — хозяйка кабинета поднялась-таки из-за стола.
— Ага, — согласилась Софья Сергеевна и подхватила невестку под руку: — Пойдем, Алла.
У кассы аллины глаза полезли из орбит: Софья Сергеевна вытащила из сумки толстую пачку незнакомых зеленых купюр и двинулась к окошечку:
— Две тысячи триста.