— С добром, — улыбаюсь натянуто и вижу, что женщина, сложив руки на груди, внимательно изучает выражение моего лица. — Можете не переживать за счастье своей дочери, все будет именно так, как она этого пожелает.
— Саш, мне очень жаль, но ты не прав.
— Конечно, не прав, и я не виню в этом всех и вся, но сердцу не прикажешь. А Оля слушать не желает, считает мой поступок предательством.
— Я бы тоже его таковым считала. Ты же изначально повелся только на картинку.
Жалит словами с самое сердце. Я мог бы много всего наговорить в свое оправдание, выдавить слезу из женских глаз, но не делаю этого. Никто и никогда не поймет меня в тот момент, когда перед моими глазами, словно привидение, появилось прошлое. В пору было рехнуться, оказавшись нос к носу с той, которая была тебе дороже жизни. Я мало думал о правильности в тот вечер, я хотел прикоснуться к девушке, хотел понять, что это не сон и что меня не нужно сразу же прятать в сумасшедший дом.
Мы смотрим друг другу в глаза до тех пор, пока рядом не слышим шаги Оли. Она тепло оделась и вышла поговорить.
— Не буду вам мешать, только поговорите без нервов, — делает упор на последнее слово и хлопает дочь по плечу.
— Еще раз уточнять не стану, каким тебя к нам занесло, да и в дом не приглашу, — начинает вполоборота Оля, а я дернулся, словно от пощечины. Такая же строптивая и отчаянная, не следит за словами.
— Я не для того сюда приехал, чтобы слушать твои остроты, Оля, — мое лицо вмиг становится серьезным, я сразу понял, что добра в этом разговоре ждать не стоит.
— Ты мне ничего не должна, я тебя не удерживаю, после Нового года Марк предложит тебе другую должность. Мне очень жаль, что я стал одним разочарованием в твоей жизни. Но я этого не хотел… не хотел, чтобы все именно так закончилось, Оль.
- Святой Уваров дал Добби вольную?! Небеса надо мной сжалились? — Оля хлопает в ладоши и подносит руки к небу, не скрывая иронии.
— Тебе мало этого? Что еще я должен сделать, чтобы ты успокоилась?
— Чшшш, Уваров, не разгоняйся до критической отметки, все ты правильно сделал, премного благодарна. Вот только долг я тебе отдам, мне не нужны твои подачки.
— Мне не нужны эти деньги, попробуешь их кем-то предать — выброшу, я ясно выразился?
Я впервые взбешен так, что готов в отчаянии наговорить много очень некрасивых слов. Только голос Ирины в голове не дает мне сорваться.
— Давай ты не будешь сейчас мне угрожать, сделаем это рассрочкой, не хочешь получать каждый месяц, отдам всю сумму сразу, как только она появится на моих руках.
— Ты меня плохо услышала?
— Это ты меня плохо услышал. Ты сам заварил эту кашу, вот теперь наслаждайся.
— Делай, что тебе выгодно.
— Непременно. Кстати, твой дружок здесь, раны зализывает, весь белый и пушистый. Я к Марго иду, позвать?
— Мне все равно, — отвечаю, едва совладав со спазмом в горле.
Я не смотрю туда, куда бежит довольная Ольга, а то, что она довольна, могу поклясться. Я продолжаю нервно пинать носком ботинка комья снега, пытаясь побороть шум в ушах. У меня не получается заглушить набатом бьющее слово: это финал. Я в отчаянии. Я проиграл.
Голос Черкасова какой-то непривычный, удивленный. Я не сразу соображаю, что обращаются ко мне.
— Какими судьбами?
— Если говорить словами Хельги: Добби получил свободу, — слетают с губ ироничные слова.
— Правильный ход, она счастлива.
— Я видел, значит все правильно, пора и честь знать. А ты смог решить вашу проблему?
— Да, Марго приняла кольцо.
— Смог, уважаю.
— Саш, давай забудем все плохое, ты же сам когда-то говорил, что в нашей жизни никогда не случается что-то просто так. И этот год стал для меня откровением, итогом того, каким я бываю дятлом, когда отключаются все мои мыслительные процессы.
— Я не против, братан, а сейчас мне пора обратно.
— Ты где будешь встречать новый год?
- Дома. Я поеду, Марго привет.
Хлопаю Марка по спине и круто поворачиваюсь к своей машине. Слышу за спиной грозный голосок Оли, а внутри все сжимается от отчаяния.
— Черкасов, только попробуй обидеть Ритку, возмездие не за горами тебя настигнет.
— Не переживай, исправлюсь… уже.
— Уваров, только не гони обратно, не хватало, чтобы голову свернул.
— Тебе какое дело? — ощетиниваюсь неожиданно даже для себя.
— Ну, как бы не чужие за полгода стали друг другу. Эй, только попробуй ко мне прикоснуться!
48 глава
Ольга
Я не ожидала такого поступка от Уварова. От слова — совсем! Я уже за много месяцев практически срослась с мыслью, что он — вселенское зло, что нам не по пути. И теперь этот рыцарь без доспехов едва ли не в роли Деда Мороза исполняет одно из моих заветных желаний. Счастлива ли я? Бесспорно, потому что быть рядом с ним по восемь и больше часов сложно для моего душевного равновесия.