«Смешать элементы D-17, A-14, S-32 и G-0. Посмотреть, что из этого получится».
Ох, подумал он, Кай, по-моему, ты все-таки зря затеял всю эту возню с ядовитым газом. Уильям, похоже, и сам не в курсе, что именно делает, и я не слишком удивлюсь, если каменный замок, столетиями терпевший холод и свирепые зимние бури, однажды рассыплется - или утонет, и в составе нашего архипелага не станет клочка суши под названием «Керцен».
К ужину гениальный ученый и новый замковый алхимик вышли вместе. Уильям покорно съел пышный омлет с мелко нарезанными огурцами, выпил стакан яблочного сока - и вернулся в библиотеку. Наэль-Таль дал ему фору в полтора часа, перебирая в памяти сюжет маскировочного романа, а затем поднялся и вежливо намекнул своему королю, что абсент ему ни капли не интересен.
Полтора часа - это слишком, ругал он себя. Полтора часа - это слишком; я не удивлюсь, если в библиотеке Уильяма не окажется. Я не удивлюсь, если мои планы выяснить, что он такое, снова не оправдаются. Я не удивлюсь, если он уже смешивает D-17 и A-14, я не удивлюсь, если он радостно хихикает над своими стеклянными колбами. Он хихикает, а мы не подозреваем, что последние минуты жизни проведем - как же это банально - в столовой...
Он толкнул резные деревянные двери.
И все-таки удивился, потому что Уильям спал, прижимая к себе какой-то зловещий коричневый фолиант. Переплет из выделанной кожи украшала витая надпись «Ядовитые смеси», и Наэль-Талю так ясно почудился хрипловатый голос короля, что он обернулся - не стоит ли Кай позади? Но Кая не было, хотя его радостная фраза все еще звенела у золотисто-рыжего эрда в ушах: «Еще одна паршивая грамота, и я распылю над вашими землями ядовитый газ!»
Наэль-Таль поежился. Нет, все-таки Уильям - вовсе не полезный парень. Он опасный, и его надо как можно скорее выгнать из каменного замка, а в идеале - посадить на ежегодный рейс, пускай предлагает свою помощь королю Вьены или князьям Адальтена. Я не боюсь этих его смесей, я по любому подозрительному судну пальну из береговых пушек; тогда мы и выясним, кто на Харалате самый талантливый ученый.
В следующую секунду он застыл, потому что Уильям пошевелился. Провел тонкими пальцами по левой скуле, нахмурился - и очень тихо пробормотал:
- Дирижабли... умеют летать по небу... как птицы...
Наэль-Таль почему-то замер. И не успел уйти - потревоженный смутным образом, или - далеким воспоминанием, новый алхимик дернулся - и распахнул свои чертовы ясные серые глаза.
- Господин Таль? Неужели этот роман такой увлекательный?
Самый талантливый харалатский ученый виновато переступил с ноги на ногу.
- Послушай, - неуверенно отозвался он, - а что такое дирижабли?
Первый чертеж они, конечно, выбросили. И второй, и третий, и седьмой - пока не получилось, как выразился Уильям, «нечто весьма похожее».
Наэль-Таля несло с горы по накатанной, и остановиться он - к сожалению или счастью - не мог.
- Паровой двигатель, - шептал он, добавляя к чертежу скупые, краткие пояснения. - Воздушные винты. Специальная вышка... на юго-западе у нас есть заброшенный остров, туда никто не заявится, а значит, я смогу работать в условиях тишины и покоя... минимум рабочих, основные чертежи я показывать им не буду - обойдутся деталями... что ж, - он покосился на Уильяма и пришел к выводу, что его кожаная куртка не такая уж идиотская, - большой тебе удачи. Я пойду, у меня полевые опыты. Передай, пожалуйста, Каю, что Новый Год ему придется отмечать без меня.
- Хотите, чтобы он вас проклял? - криво улыбнулся новый алхимик.
- Я тебя умоляю, - отмахнулся ученый. - Бутылка вина, и ему будет наплевать, приехал я или нет. К тому же в конце весны я покажу ему такую штуку, что... клянусь, он упадет в обморок не хуже мительнорского императора. Только, - он сдвинул золотисто-рыжие брови, - ты ему об этом не говори. Я уже обещал ему построить чудо-корабль, а в итоге у меня совсем ничего не вышло. Не хочу опозориться еще раз.
Уильям посмотрел на исчерканные листы:
- Угу.
Наэль-Таль помялся на пороге библиотеки, прижимая итоговый чертеж к левой половине груди. Потом не выдержал - и все-таки обернулся:
- Уильям... скажи, а часто тебе снятся... такие сны?
Алхимик странно поежился:
- Довольно часто.
Время текло быстро.
Объяснять Каю, какого черта вообще было приезжать, если зимние праздники снова ему не интересны, Наэль-Талю все-таки пришлось без помощи Уильяма - потому что повелитель девяноста девяти островов поймал ученого за торопливым копошением в сумках и так возмутился, что едва не приказал почетному караулу воспользоваться копьями там же. Золотисто-рыжий эрд боязливо потоптался на месте, повздыхал, осторожно произнес, что, наверное, все-таки останется в науке, а наука вынуждает своих приспешников идти на жертвы, и откланялся - хотя ледяное равнодушие Кая ударило по нему куда больнее, чем он ожидал.