– Богатый говоришь?
– ... да, – с потерянным видом ответил Аджид, делая шаг назад и наталкиваясь спиной на громилу Стью. – Там же должна быть эта... невеста с приданным... так сказал Тоби.
– Дорогой экипаж, на развилке с соседним графством. Да, кажется, мы определенно знали об этом! Напомни мне, Вилли, когда он проедет?
– ... З-завтра? – с невинной улыбкой ответил он, почесав голову.
– Не смейте – вновь набравшись уверенности, вскрикнул Аджид, стряхивая ниспадающую челку, – если хотите сохранить свои головы! Вдруг там будет какая-нибудь леди, и вам придется расплатиться за ее камни своими жалкими жизнями.
– Да, да. Отведите нашего строго знакомого отдохнуть и дайте ему еды. Завтра мы выдвигаемся! – Грег уже нетерпеливо помахивал рукой, когда люди вокруг зашептались переглядываясь.
– Да, стой же ты, кретин! – громила Стью схватил кричащего Аджида за руку и потащил его к одной из палаток.
Грег сделал вид уязвленного человека и зло посмотрел на него, когда Аджид трепыхался, пытаясь высвободиться. Каждый, кто видел эту сцену, мог бы легко угадать, что, если Аджиду это все таки удастся, то в дело однозначно пойдут кулаки.
– Да брось, парень! Каждый здесь за один такой камешек и жизнь готов отдать, как за прекрасную даму. Кстати, не прошло и года, как ты забыл о Серпине! Признаюсь, все эти два месяца я жутко за тебя беспокоился, как бы ты не вытворил чего.
– А в итоге, вытворил сам. Да еще глупость похуже, чем бы я смог придумать! – Аджид рыкнул на Вилли, который шел, придерживая за вторую руку.
– Когда ты успел превратиться в такого старика? Будь менее правильным и оставь все-таки деньги, хорошо?
Вилли перевязал, как приказали, Аджиду руки и закинул под соломенный домик, усмиряюще покачивая головой.
– Успокойся, поспи немного, завтра с тобой все обсудим, хорошо? Ах, да, я принесу поесть.
Когда уставший после долгой дороги Аджид уснул, задумчиво откушав до этого пару вареных картофелин, Вилли вернулся к главарю, что-то шепнув ему на ухо. Грег хмыкнул и внимательно оглядел все сборище своих подчиненных.
– Ты правда собираешься выдвигаться туда? А вдруг, это байка? – спросил один из присутствующих, встретившись взглядом с атаманом.
– Заткнись, идиот! Этот змей, Тоби, передает точную информацию, так что, сомневаюсь, что это обман, тем более, смысл ему нам врать? Он получает долю! Этого с него достаточно. Завтра, на границе с Кайнсбергом. Нам этого вполне достаточно, чтобы начать собираться! В любом случае, мы ничего не потеряем, немного расширив территории. Давайте, складывайте свои пожитки!
Большинство качнуло головой или подало голос одобрения. Те, кто не сделал ни того, ни другого спали или работали. Вся остальная команда решила тоже отдохнуть пару часов перед переездом.
Аджид открыл глаза ночью и заметил, что веревок на ногах, которыми его привязали к стройному деревцу, не было. Он попытался собраться с мыслями, вспомнил двоякие намеки друга и решил, что Вилли опомнился. Для совместного побега (а никак иначе нельзя было назвать это предприятие, несмотря на то, что захватчики были почти как братья) нужны были кони, желательно здоровые и сытые. Тайком подобравшись к стойлам, наскоро сооруженным из срубленных веток или поваленных сосен, которые все чаще, углубляясь в лес замещали собой березы и дубы, Аджид отвязал двух хорошеньких краденых жеребцов. За спиной его послышался треск и, когда он обернулся, заметил худенькую фигурку паренька. Отблески гаснущего костра на его лице, освещали что-то очень зловещее. Аджид хотел было открыть рот, но остановился, горько улыбнувшись. Паренек окликнул спящих или, на самом деле, ожидающих, когда Аджид попытается сбежать, людей. Вся шайка, которая уже была во всем обмундировании, вышла навстречу ночному вору.
Но каким вором был Аджид? Только слепому придется назвать этого человека со скорбным лицом преступником. Но, видимо, люди перед ним, побоявшись, что ночь будет слишком светлой, замазали глаза углем, когда сыпали обвинения. После словесной бойни пошла физическая. Громила Стью в доказательства чьих-то слов, дернул Аджида за жилетку из которой выпал мешочек с золотом.
Аджид с ужасом отскочил от подставного доказательства виновности под вопли осуждения, когда тяжелый кулак съездил ему по лицу, раскровив нос. Конечно, Аджид пытался отбиваться, но народ с криками: «Вор!», – повалился на него, как давно прошедший листопад, остатки которого сейчас шумели под подошвами ботинок.
«Меня подставили», – думал Аджид, получая удар за ударом, по еще не обросшей челюсти.
Взгляд окровавленных от напряжения глаз пробежался по окружающим, остановившись на безразличном лице Вилли.
«Гаденыш!» – последнее слово, которое удалось ему выдавить, когда удар под дых сбил его с ног.
Встать под градом избиений, которые сыпались со всех сторон, то слабее, то сильнее, он не смог. Аджид выл, как зверь, но силы не прибавлялось и в конце концов он сдался. Свой среди своих, он стал, как волк в стае, попавший в немилость главарю, а оттуда сразу на ужин.
Своего знакомого, который находился без чувств, бывшие горожане дотащили к широкой сосне и привязали.
Никто не сомневался, что этот парень не был вором, но авторитетная фигура сказала, что лишние, да еще и осуждающие их деятельность, люди здесь вовсе не нужны, поэтому вполне милосердно будет оставить его отдохнуть. Не на муравейнике же!
Уже через пол часа в окровавленной траве сидело тело Аджида. Напротив него оставались следы черные следы костра.