Так вот, не застав Кейти дома, ее дочь уверенным движением просунула руку в углубление под крыльцом и достала ключ! Решение найдено!
Через несколько дней я купил для Кейти большой букет лилий. Лилии – любимые цветы Мэри и я всегда покупаю красивый букет на ее день рождения и в годовщину нашей свадьбы. Вечером я специально сходил в кафе возле дома, и выпил чашечку кофе, чтобы не заснуть. Так-то я кофе стараюсь не пить, у меня ведь больное сердце, но чего не сделаешь ради дружбы, верно?
Ночью я отправился к дому Кейти. Встав на соседней улице, чтоб ненароком никого не разбудить, я подошел к ее крыльцу, посветив фонариком нашел ключ и тихонько вошел в дом.
Я решил, что положу цветы Кейти ей на кровать, вот она удивится и обрадуется, когда найдет их утром!
Но плохо видя в темноте (включить фонарик я не решился), я больно стукнулся об угол и задел какую-то вазу. Раздался страшный грохот! Кейти пулей выскочила из спальни. В ночнушке, растрепанная. Зажегся свет. А вместо грабителя - я с букетом цветов! Она как завизжит! Вот умора!
Я ей, конечно объяснил, что хотел порадовать ее, сделать сюрприз. Что видел как ее дочь брала ключ из потайного места, когда наблюдал за домом.
Ох уж эти женщины! Боятся даже собственной тени! Это ж надо, не узнать друга!
II
Я поверить не мог, когда узнал, что эта сраная сучка Кейти заявила на меня в полицию! На меня! Своего лучшего друга! И ведь я ей все объяснил! Одним предательским ударом эта дрянь убила нашу дружбу, перечеркнула все светлое, что между нами было! А ведь я охранял ее покой, дарил подарки и даже собирался познакомить с Мэри! И все из-за одной маленькой ошибки! Какой страшной бывает людская неблагодарность!
Когда ко мне домой пришли полицейские я им все объяснил. Что я, наивный романтик, доверился человеку, которого считал порядочным, и стал жертвой страшного предательства! Конечно я был возмущен, но я знал, что правда и справедливость на моей стороне.
Во время нашего разговора один полицейский все время смешно морщил нос. А потом они мне начали задавать странные вопросы, расспрашивать про Мэри. Вот скажите пожалуйста, при чем тут Мэри, когда это Кейти меня предала?! Мэри бы никогда так не поступила!
Я страшно разочарован непрофессионализмом нашей полиции! Отнимать время у честных людей в то время как настоящие преступники остаются безнаказанными! Я так распереживался от случившейся со мной несправедливости, что у меня поднялось давление. А ведь у меня больное сердце и мне категорически нельзя волноваться. Когда полиция ушла я, пытаясь успокоиться, заварил себе ромашкового чая – любимого чая Мэри.
К моему несказанному удивлению, полицейские пришли ко мне второй раз. Сунули в нос какие-то бумаги и совершенно беспардонно начали обыскивать дом, заходить во все комнаты, открывать ящики шкафов. Напрасно я им говорил, что трогать ничего нельзя, что Мэри будет страшно недовольна, она не любит, когда прикасаются к ее вещам. Почему-то полицейские проявили повышенный интерес к убранному на чердак и свернутому в рулон старому ковру моей бабушки. Я им объяснил, что ковек пришлось убрать, потому что Мэри не могла дышать. Зачем они начали его разворачивать?!
III
Доктор, Вы ведь нормальный человек и понимаете, что арестовывать меня и предъявить мне обвинение в убийстве жены – это страшнейшая нелепость! Я не мог убить Мэри, ведь я относился к ней как к богине! Доктор, Вы же верите мне?!
IV
Психиатрическая больница имени святой Александры
Мэри всегда подавляла меня. Это Мэри решала где мы будем жить, как мы будем отдыхать, какую одежду мне носить, какую еду есть.
Мэри постоянно на меня орала. Я не туда пошел, не так сел, не то сказал. Что бы я ни сделал, все было «не так».
Изредка я срывался и орал на нее в ответ. Тогда она моментально менялась, говорила: «Ну что ты, любимый! Это ж я на самом деле не на тебя гавкаю, просто издергалась вся» - и ласково трепала меня по волосам. Но во время следующей ссоры она непременно припоминала мне мой срыв и обвиняла меня во всех смертных грехах. А потом Мэри начинала рыдать. Это было невыносимо. Я готов был согласиться на что угодно, лишь бы это прекратилось.
Мэри не захотела иметь детей и была против животных в доме. Говорила, что у нее на них аллергия. А я так хотел, чтобы в доме было живое существо!
Мэри сразу не поладила с моей матерью. Уверяла, что свекровь ее ненавидит и всячески унижает. Ревновала, когда я ездил к родителям и устраивала мне сцены по возвращении. Постепенно мое общение с родителями сошло на нет. Конечно я скучал по маме, но Мэри говорила, что мне давно пора вырасти и сепарироваться от родителей.