Король и его советники долго работали над символами нового государства: ведь в них должна быть отражена новая идеология. В итоге гербом стали следующие символы:
Щит, по краям которого красовались колосья пшеницы – означал защиту и указывал на крестьян, как на одну из опор государства.
Поверх щита – молот Торага, несущий в себе сразу несколько посылов: с одной стороны это оружие, но в то же время и орудие труда, что так же давало понять на кого в первую очередь делает ставку государство. А то, что молот, подобно религиозному символу был опущен, говорило, что оружие данное применяется для защиты, а не для агрессии.
Слава о короле, который не на словах, а на деле заботится о своих подданных, быстро распространилась по городам Речных Королевств и двинулась дальше... Контраст между реальностью в постоянно меняющихся и беззаконных Речных Королевствах, в которой жили люди, и тем новым миром, что рос буквально у них под боком888888888. Не без помощи интриг Тельвуриона, в королевствах начали раздуваться искры недовольств, быстро переросшие в пожары восстаний в большинстве городов – государств, с последующим прошением подданства. В некоторых областях, напротив, сами правители шли на поклон к новому королю, предпочитая не дожидаться часа Х. Среди таковых были Варнхольд – первым принесший клятву верности за свое спасение от древнего лича. Уринген – долгое время был самым не стабильным регионом речных королевств, имея самую тесную связь с первым миром во всем регионе. Здесь было настоящее царство аномалий: часть городов могли находиться сразу в нескольких «планах». После победы над Сияющим Королем связь речных королевств и первого мира была разорвана, а регион смог наконец – то зажить спокойной жизнью. В благодарность за решение многовековых проблем правители Урингена также принесли вассальную клятву. Мивон же сопротивлялся дольше всех, однако из – за того, что люди из обоих государств часто приезжали к друг – другу, слава о соседском короле укреплялась довольно быстро, а регулярно выступавшие на соревнованиях мечники Тельвуриона регулярно показывали себя более чем достойными соперниками, что вызывало симпатии в народе и у мелкой аристократии. Благодаря принятой в Мивоне традиции определять того, кто более достоин, посредством поединка, агентам Кельта удалось продвинуть на часть руководящих постов своих протеже, в результате чего правителю Мивона, Растону Селину, была предложена любимая им «поездка на пруды», после которой его королевство вошло в состав Тельвуриона.
Однако популярности эльфа среди правителей не способствовал большой отток крестьян и ремесленников: в поисках лучшей жизни они отправлялись в те земли, что присягнули на верность новому королю. В тоже время большого выбора у местных правителей просто не было: если «закручивать гайки», то даже максимально лояльные подданные просто разбегутся, и тогда править будет попросту не кем, а потому местной знати приходилось прислушиваться к настроениям населения. Максимальное недовольство наблюдалось в основном среди представителей «голубых кровей», которых для сохранения своего титула и положения заставили своих подданых нести службу на благо нового государства. Также Кельт успел прославиться тем, что не только собирал налоги с примкнувших регионов, но и развивал их экономический потенциал: распахивались залежалые земли, основывались новые села, строились мастерские для ремесленников и цеховиков. Повсеместно возводились школы, в крупных городах – университеты и академии. Разработка месторождений велась невиданными ранее масштабами; все это позволяло молодому государству развиваться и крепнуть очень быстро.
– Сегодняшний день станет официальным началом дипломатических отношений между Кионином и Тельвурионом. Нортеллара, – Кельт обратился к эльфийке, – желаете сказать пару слов?
– Благодарю за оказанную честь, Ваше Величество, – эльфийка поклонилась королю, затем снова повернулась к собравшимся, – Я безмерно рада познакомиться со всеми вами. Надеюсь, совместными усилиями мы добьемся крепкого мира и процветания наших народов. – Она обворожительно улыбнулась...