Я вытянула коробку с игрушками из-под кровати Калеба, достала оттуда бластеры из «Звездных Войн» и закрепила их на себе.
Снизу донесся дверной звонок. Я взяла наличку со своего комода и помчалась в холл. Когда я открыла дверь, доставщик пиццы вытаращился на меня.
– Вау, должно быть, я сплю, – сказал он.
Он прошелся по мне взглядом.
Я покраснела.
– Спасибо, эм… сдачи не надо, – вспотевшими ладонями я протянула ему деньги, взяла пиццу и захлопнула дверь.
Отлично. Это готово. Я глубоко вдохнула. Ты можешь сделать это. Ты – Грэйс Эверс и ты сексуальна. Мой пульс гремел в ушах, будто шторм над озером.
Я стремительно вошла в игровую, чтобы не успеть отговорить себя. Сейдж сидел, все еще уставившись в экран телевизора, когда я приглушила свет для большей романтики.
– Почему ты выключила свет? – Сейдж перевел взгляд на меня.
Удивление отразилось на его лице, пока он внимательно изучал меня. Сейдж отложил джойстик.
– Ого! Ты выглядишь великолепно.
Я прочистила горло:
– Спасибо.
Он встал и забрал у меня пиццу, кладя коробку на кофейный столик:
– Хочешь, чтобы я сходил за тарелками?
– Нет. Я возьму их, – я направилась на кухню, где схватила бумажные тарелки и салфетки.
Потом я начала искать в верхнем ящике шкафа что-нибудь, чем смогла бы зажечь свечи. Эта часть – идея Линси. Она сказала, что в романтических фильмах всегда используют свечи.
Когда я вернулась, Сейдж все еще стоял на том же месте, не сдвинувшись ни на миллиметр. Я положила тарелки и салфетки на стол, потом прошлась по комнате, чтобы подготовить свечи. Вскоре крошечные огоньки плясали, создавая тени на стенах.
– Почему ты одета как принцесса Лея?
Дыши, Грэйс.
– Я... я подумала, что она всегда была твоей любимой героиней.
– Ты права, – прошептал он. – Но почему ты зажгла свечи и все остальное?
Черт побери, должна ли я всё объяснить ему?
– Почему бы тебе не присесть, – сказала я в сексуальной, как мне думалось, манере и прижала свою ладонь к его груди. Мое тело дрожало. Немного подталкивая, я пыталась направить Сейджа к дивану. Но, к сожалению, толкнула слишком сильно, и Сейдж врезался в стол, сбивая свечу прямо на тарелки и салфетки. Спустя секунду они загорелись.
– Дерьмо, – закричала я.
Мы должны исправить это. Нет. Этого не могло произойти.
Сейдж схватил стакан с газировкой и вылил ее на огонь. Но этого было недостаточно, чтобы потушить его.
Я оглядела комнату в поисках того, чем можно было это исправить. Не имея времени сбегать за водой, я сняла свой костюм из простыни и укрывала им огонь, пока он не потух.
По крайней мере, не распространился по всему дому. Я молилась, чтобы стол остался целым. Зловоние дыма стояло в воздухе, и я помахала рукой перед лицом, чтобы избавиться от него. Что ж, это катастрофа!
– Эм, Грэйс, – сказал Сейдж.
– Ч... что?
– Ты, наверное, хочешь накинуть что-нибудь на себя. Мне показалось, что я слышал, как хлопнула дверь автомобиля, – он взглядом прошелся по моему почти обнаженному телу и потянул свою футболку вниз, будто прикрывая свои шорты.
Сейдж ни на секунду не отвел от меня глаза.
– Вот черт, – я взглянула на свой кружевной лифчик и трусики.
Мои родители с ума сойдут, если найдут меня в таком виде рядом с Сейджем.
– Эй, мы дома, – крикнул отец. – Почему здесь пахнет дымом?
– О Боже, я труп.
– Выйди через окно, – опомнившись, Сейдж схватил меня за руку, ведя через всю комнату. – Я принесу тебе одежду через секунду.
Великолепно! Соблазнение Сейджа превратилось в сожжение дома. Когда Линси говорила, что нужно, чтобы было горячо, не думаю, что она имела ввиду огонь на столе. Этот список должен называться «Как сломать меня», в конце концов.
Глава 22
К счастью для меня, огонь не повредил стол. Спасибо, Господи! И Сейдж вынес мне одежду, так что мои родители меня не убили. Папа, конечно же, хотел поиграть в двадцать вопросов о том, как начался пожар. Будучи честной и порядочной девушкой, я соврала, что в доме плохо пахло, и мне пришло в голову зажечь ароматические свечи. Сейдж вклинился в разговор и рассказал, как он наткнулся на стол и уронил свечи. Это была, определенно, пустая трата двадцати долларов на пиццу.
До сих пор у нас Сейджем не было достаточно времени для того, чтобы он снова спросил меня о том, почему я так оделась для него. Что даже к лучшему, потому что я понятия не имела, как ему все объяснить.