Затем прикусываю нижнюю губу и наношу удар по мячу.
ГЛАВА 11
ДРЮ
МОЮ ЛИЧНУЮ ЖИЗНЬ МОЖНО ОХАРАКТЕРИЗОВАТЬ ОДНИМ ПРЕДЛОЖЕНИЕМ: ЧТО Ж, ВСЕ ПОШЛО НЕ ТАК, КАК ПЛАНИРОВАЛОСЬ.
«Ты вообще хочешь играть?»
Я заколебался.
«Наверное».
И зачем я только взяла и ляпнул такое?
Наверное.
Лучшим ответом было бы: Да, конечно! Да.
Все ответы лучше, чем «наверное».
Я идиот, но она заставляет меня нервничать. От ее пристального взгляда я судорожно сжимаю в руке клюшку.
«Ты вообще хочешь играть?»
«Наверное».
Уф.
— Конечно, я хочу играть в мяч. Я бы не стал этого делать, если бы не хотел.
Тесс не выглядит убежденной, но пожимает плечами и идет ставить свой маленький зеленый мячик к следующей лунке. Технически это должен был быть легкий бросок, но она промахивается, потому что слишком сильно замахивается, и мяч отскакивает от задней стены. Она не так уж хороша в мини-гольфе, но я считаю, что это потому, что она не любит соревноваться и, следовательно, не концентрируется и не пытается победить меня.
Похоже, она предпочитает вести беседу, а не играть в эту игру.
Мой взгляд останавливается на задней части ее юбки и ягодицах, которые, кажется, хотят пофлиртовать.
Когда снова наступает моя очередь, я чудесным образом загоняю мяч одним ударом, как будто мини-гольф был моим вторым навыком.
Я без всякой причины вскидываю кулак, расхаживаю по искусственной траве как павлин, чтобы позлить Тесс.
Она не ощетинивается.
Только улыбается.
И тогда я понимаю, что она вовсе не робкая. Девушка просто добродушная и по-настоящему милая — в отличие от своего брата, который может быть огромным засранцем. Который иногда не уступал моим братьям-засранцам.
— Значит, футбол тебе нравится, но ты не увлечен им. Тебе нравится наука. — Тесс загоняет мяч в лунку. — И ты ни с кем не встречаешься? — Она смеется. — Прости. Это слишком личное?
Я смеюсь, потому что это совсем не личное. На самом деле, этот вопрос мне задают часто, особенно представители СМИ. Людям интересно узнать о моей личной жизни, личной жизни Далласа и Дрейка. Как ни крути, нас об этом постоянно спрашивали.
— Это не слишком личное, и нет, не встречаюсь. — Я все еще одинок.
В прошлом семестре я с ума сходил от отсутствия девушки. Не знаю, почему меня это так чертовски беспокоило, но так и было. Я дрочу один в своей спальне по ночам, иногда утром, иногда в душе.
Я смотрю фильмы в одиночестве. Ем в одиночестве.
И у последнего человека на земле, который хотел иметь девушку, то есть у моего близнеца, теперь она есть, и он сделал это прямо у меня под носом.
— А ты? — спрашиваю я, мне любопытно, как у нее обстоят дела с отношениями. Я бы не смог представить, что у молодой версии Тесс есть парень, но у этой — вполне могу себе представить.
Высокая. Сексуальная.
Милая.
Она кажется настоящей находкой.
— Сейчас нет. В прошлом году я встречалась с одним парнем, но он был в братстве, а ты знаешь, какими бывают эти парни.
— Не могу представить тебя с парнем из братства.
Это заставляет ее хихикать.
— Не можешь представить меня с парнем из братства? Ты едва меня знаешь. С чего ты взял, что я не отвязная тусовщица? Или любительница выпить? Или девушка из сестринства, которая встречается только с «Каппами»?
Мои брови поднимаются.
— А ты такая?
— Нет. Но ты ведь этого не знаешь. Ты не видел меня уже... сколько лет? — Тесс тащит клюшку к следующей лунке. — В последний раз, когда мы были в одной комнате, у меня были брекеты, а ты не удостоил меня даже взглядом.
— Когда это было?
— Помнишь, как Грейди пригласил вас всех, когда мы купили новый квадроцикл? И вы по очереди гоняли на нем по участку? У меня рука была по локоть в картофельных чипсах, и никто из вас даже не заметил моего присутствия.
Я прекращаю игру, смотрю на нее, опираясь на клюшку, и говорю:
— Но ты же младшая сестра Грейди.
Тесс закатывает глаза.
— Нет, я понимаю. Я была тихой мышкой. Конечно, вы бы меня не заметили.
Подождите.
Я в замешательстве.
— Что ты хочешь сказать?
— Ничего. — Она фыркает и убегает к последней лунке — маленькой копии датской ветряной мельницы с крутящимися колесами.
Я не очень разбираюсь в женщинах, но знаю, когда одна из них психует, а Тесс по какой-то причине вдруг стала язвительной.
— Хочешь сказать, что хотела, чтобы мы обратили на тебя внимание?