— Нет, я близнец. — Он закатывает глаза, все еще оставаясь на том же месте. — Ты занимаешься сексом по телефону?
— Нет. А даже если бы и занимался, это не твое собачье дело.
Мой брат смеется.
— Нет, занимаешься. Не ври.
— Нет.
Он стоит в дверном проеме, и я проклинаю себя за то, что мне не хватило предусмотрительности запереть эту чертову дверь.
— Чувак, ничего страшного. Мы с Дейзи делаем это постоянно, а мы даже не на расстоянии.
Откуда он знает, что я разговариваю с кем-то на расстоянии? Думает, это кто-то, с кем я познакомился в дурацком приложении для знакомств, которое он установил на мой телефон?
Которое я удалил на прошлой неделе.
— Ты ворвался сюда, чтобы что-то мне сказать, или просто любопытствуешь?
— Просто любопытствую. Я услышал голоса, так что, естественно, мне нужно было посмотреть, с кем ты разговариваешь. — Дрейк делает паузу. — Так кто там у тебя?
Я бросаю на него взгляд, который говорит: «Ты знаешь, с кем я говорю», но он не понимает намека заткнуться.
— Это Тесс Донахью? Что я тебе говорил насчет того, чтобы гадить там, где ешь?
О боже...
— Ну. Если ты собираешься завалить сестру своего лучшего друга, а потом трахнуть ее по видеочату, то лучше постарайся извлечь из этого максимум пользы. — Он расцепляет руки, чтобы отдать мне честь. — С богом, мой друг.
Он выходит, закрывает за собой дверь, но она не защелкивается.
— ЗАКРОЙ ЭТУ ЧЕРТОВУ ДВЕРЬ! — кричу я ему вслед, и, слава Богу, он возвращается, чтобы закрыть ее как следует.
— Извини. — Еще один салют, и он уходит.
Я вдыхаю и выдыхаю, задыхаясь от напряжения.
Боже, какой же он несносный.
Тесс прочищает горло на заднем плане.
— Вау, — наконец говорит она, и я замечаю, как девушка прикусывает нижнюю губу, что я нахожу чертовски сексуальным.
Она выглядит невинной, но я знаю, что это не так.
— Так, что он там говорил о сексе по телефону? По-моему, это прекрасная идея, как думаешь?
— Да, но я не знаю, как я к этому отношусь, когда он прячется в коридоре.
— Его спальня наверху, рядом с твоей?
— Нет, рядом спальня Райанн. Он, наверное, нагадил у меня в ванной, потому что говнюк. Его комната внизу, возле кухни.
Это рассмешило Тесс. Она всегда так делает, смеется над глупостями, которые я говорю.
— Похоже, Дрейку действительно нравится секс по телефону.
— Я думаю, ему нравится секс в целом. Он гораздо похотливей, чем я.
Тесс наклоняет голову.
— Это потому, что ты не любишь случайный секс или потому, что просто не думаешь об этом? Потому что я знаю, что у тебя нет недостатка в возможностях.
Она права. У меня нет недостатка в возможностях.
— Я не люблю случайный секс. — Я пробовал, и мне это не нравится.
Я не могу этого делать.
— Я тоже.
Мои брови взлетают вверх. Ничего не могу с собой поделать. Разве, когда мы занимались сексом это не было случайным? Как она может считать это чем-то иным, если мы не встречаемся и большую часть времени не находимся рядом? До прошлых выходных я вообще не думал о Тесс. Ее не было на моем радаре.
— Ты не в счет, — добавляет она, прежде чем я успеваю поспросить. — Ты мне нравился с незапамятных времен.
— Могу с уверенностью сказать, что если бы в юности я вытащил голову в задницы, то, возможно, тоже запал на тебя.
— Теперь ты просто любезничаешь, — возражает Тесс.
— Я не такой, как мой брат, но у меня также нет привычки пускать дым в глаза только для того, чтобы сделать ему приятное.
Она ухмыляется в камеру телефона.
— Думаю, это заслуживает небольшого вознаграждения, не так ли? — Тесс снова опускает телефон, наклоняя его, чтобы я мог рассмотреть ее тело.
И я наслаждаюсь видом ее прекрасной груди.
Сглатываю.
— Нравится то, что видишь?
Она уже спрашивала меня об этом, или мой мозг совсем умер?
— Да.
Мой член мгновенно становится твердым. А как иначе?
— Клянусь, твои сиськи идеальны.
Так и есть.
Круглые. Полные.
Увенчанные самыми великолепными темными ареолами. Как две вишенки на мороженом, мой рот наполняется слюной при воспоминании о том, как я лизал и сосал их.
Член становится еще тверже...
Моя рука движется вниз, останавливаясь на трусах, пока я обдумываю варианты: начать трогать себя и все станет странным, или не трогать себя и страдать от того, что у меня твердый, как камень, член.
— Сделай это, — говорит она, словно читая мои мысли.
— Что сделать?
— Потрогай себя.
— Я потрогаю себя, если ты потрогаешь себя, — бросаю я вызов, не желая дрочить по телефону в одиночестве.