— Можете ли вы вспомнить что-то из того, что произошло вчера? — спросил доктор, продолжая делать записи в карте.
Вопрос заставил её вынырнуть из воспоминаний, она медленно открыла глаза и проморгалась.
— Помню, что ко мне приходила Кристина, — было тихо произнесено следом. — А дальше... провал.
— Это типично для вашего состояния, — кивнул доктор, закрывая карту. — Не пытайтесь насильно вспоминать, память вернётся сама. Сейчас главное — отдых. Я сейчас позову медсестру, она сделает вам укол, — добавил он, уже направляясь к выходу. — Вам нужно поспать. — С этими словами он вышел в коридор, оставив палату в тишине.
Не прошло и минуты, как дверь палаты приоткрылась, и в неё заглянула энергичная полная женщина в белом халате с весёлыми морщинками у глаз.
— Так, красавица, время для укольчика, — бодро сказала она, держа наготове шприц. — В ягодицу. Так что отворачивайся к маме, а папе нашему придётся на пару минут выйти.
Отец тут же поднялся.
— Я тогда как раз съезжу за твоими вещами домой, — сказал он, подходя к кровати и нежно целуя дочь в лоб. — Отдыхай, доченька.
Он ободряюще кивнул жене и вышел. Татьяна Владимировна помогла Анне повернуться на бок, и медсестра ловко сделала укол.
— Вот и всё! Сейчас сон-трава подействует, и будешь спать как младенец, — с улыбкой сказала она и также энергично вышла из палаты.
— Мам, — посмотрев на женщину, Аня начала говорить,, — я помню, что Стёпа... что он...
— Что с Стёпой, доченька?
Она задумалась. Стоит ли говорить? Стоит ли разрушать её представление о Стёпе, о их счастливой семье? Мама так любит Стёпу, считает его идеальным зятем. А если это всё неправда? Если она сама что-то не так поняла? В голове снова мелькнуло воспоминание — она держала телефон в руках, читала сообщение, и что-то внутри неё сломалось. Что-то важное. Что-то, что заставило её... но дальше снова был провал. Голова становилась всё более ватной от укола.
— Ничего, — прошептала она, чувствуя, как веки уже начинают тяжелеть. — Всё хорошо, мам. Я посплю. Голова болит.
После закрыла глаза и почти мгновенно погрузилась в тяжёлый, вязкий сон, полный обрывков воспоминаний и тревожных образов.
***
Когда она проснулась во второй раз, в палате царил полумрак, а за окном было уже совсем темно. Мама, дремавшая на стуле рядом, тут же встрепенулась.
— Анечка! — она подошла к кровати. — Как себя чувствуешь? Голова ещё болит?
— Лучше, — девушка попыталась приподняться на подушках, но комната тут же поплыла перед глазами, и ей пришлось замереть, пережидая приступ головокружения. — Который час? Как долго я спала?
— Уже вечер, доченька. Папа уехал домой, ему завтра на работу. А я осталась с тобой.
И только сейчас, когда туман после сна окончательно рассеялся, Анна по-настоящему увидела маму. Увидела, как осунулось её лицо, как растрёпаны обычно аккуратно уложенные волосы, заметила глубокие тени под покрасневшими от слёз глазами и застывшую в уголках губ горечь. Сердце кольнула острая жалость и вина — это из-за неё самый близкий человек так измучен.
— Мам, ты тоже езжай домой, — сказала Аня мягко, беря её за руку. — Со мной всё в порядке, я посплю ещё. Тебе нужно отдохнуть.
— Нет, я не могу тебя оставить одну, — мама покачала головой, но в её голосе слышалась неуверенность.
— Мам, пожалуйста, — Анна сжала мамину руку. — Я буду спать, а ты отдохнёшь дома. Завтра утром приедешь свежей и полной сил. Мне так будет спокойнее, если ты выспишься.
Мама задумалась, потом вздохнула и кивнула.
— Хорошо, милая. Но ты обещаешь, что, если что-то случится, сразу позовёшь медсестру? И не будешь вставать с кровати?
— Обещаю, — улыбнулась Аня, целуя маму в щёку.
Татьяна Владимировна собрала вещи, поцеловала дочь в лоб и направилась к двери. У порога она обернулась.
— Ах да, чуть не забыла! — женщина остановилась. — Заходила Кристина, передала письмо. Доктор запретил же тебе использовать телефон. Да и папа, когда ездил за вещами, твой телефон не нашёл. Письмо на тумбочке.
Глава 20: Конец (终)
Дорогая Анечка,
Я пишу это, и мои пальцы дрожат. Мне невыносимо осознавать, какую боль я тебе причинила. Поверь, это последнее, чего я хотела... но так вышло. И я должна объясниться, чтобы ты меня поняла, даже если сейчас ненавидишь.
Пойми, Аня, это не минутная слабость. Мы со Стёпой действительно любим друг друга. Это не просто увлечение, это... это словно судьба связала нас. Мы нашли друг в друге то, что так отчаянно искали. Он – моя надежда, мой свет. Если Степан хоть что-то значит для тебя, если ты хоть немного любишь его, отпусти его. Не ломай ему крылья, не отнимай у него шанс на счастье, которое он нашёл со мной.