А вчера вечером, когда тошнота и головокружение наконец отступили и врач разрешил готовиться к выписке, мама виновато опустила глаза: «Анечка, прости меня... Я случайно проболталась Стёпе, что ты в больнице. Он так волновался, я не сдержалась...»
Паника ледяной волной захлестнула её. Он придёт. Он будет здесь. «Нет! Мама, что же ты наделала!» В голове тут же пришло решение выписаться рано утром и уезжать. Она бросилась к врачу, который, видя её отчаяние, пошёл навстречу и пообещал подготовить все документы к утру. Вернувшись в палату под испуганным взглядом матери, Анна не выдержала. Сквозь слёзы, задыхаясь от рыданий, она рассказала всё: о Кристине, о письме, об обмане, о своём решении уехать в Москву. Они плакали вместе, обнявшись на больничной койке. «Только не говори ему, где я, мама, умоляю! Я не хочу его больше видеть. Никогда».
И вот наступило утро побега. Она выскользнула из больницы с первыми лучами солнца. Короткая поездка домой, лихорадочные сборы в маленький чемодан. Документы, наработки по проекту... Потом бюро. Разговор с Игорем Дмитриевичем был коротким и тяжёлым. Не вдаваясь в подробности, она объяснила, что ей срочно нужно уволиться. Он был ошеломлён, но, увидев её состояние, не стал удерживать. Скрепя сердце, он забрал у Ани папки, подписал заявление и пожелал удачи.
Из бюро её забрали родители на машине и отвезли в аэропорт. Хотели проводить прямо на самолёт, но она сказала, что лучше попрощаться сразу, а то будет тяжело. Обнимая маму, Аня попросила пока подробности её отъезда ему не рассказывать.
И вот она здесь.
«Внимание, объявляется посадка на рейс 588, Хабаровск-Москва. Пассажиров просим пройти к выходу номер семь», — прозвучал женский голос из динамиков, вырывая Аню из оцепенения.
Пора. Анна глубоко вздохнула, поправила на плече сумку и потянулась за ручкой своего небольшого чемодана.
— Позвольте, я вам помогу, — раздался рядом приятный мужской баритон.
Аня обернулась. Перед ней стоял высокий, элегантно одетый мужчина в дорогом костюме, который, казалось, был ему второй кожей. Его белокурые волосы были идеально уложены, а улыбка, обнажавшая белоснежные зубы, была такой ослепительной, что на мгновение Аня даже зажмурилась. Его взгляд скользнул по её лицу, и она заметила, как он на мгновение задержался на виске, где из-под волос виднелся край повязки.
— Спасибо, я сама, — пробормотала она, чувствуя себя немного неловко под внимательным взглядом голубых глаз.
— Не сомневаюсь, — он легко подхватил её чемодан. — Но почему бы не позволить джентльмену проявить галантность? Тем более, нам, кажется, по пути.
Он кивнул в сторону седьмого выхода, и Аня увидела, что он тоже держит в руках билет на её рейс.
— Вы тоже в Москву? — немного удивленно спросила она.
— Именно. Был здесь на свадьбе друга, теперь возвращаюсь домой, — он шёл рядом, легко катя её чемодан. — Меня зовут Дмитрий. А вас?
— Аня, — она неохотно улыбнулась. Энтузиазма знакомиться с кем-то у неё не было совершенно. Все её мысли были заняты предстоящим переездом и новой жизнью, в которой пока не было места для блистательных незнакомцев.
— Очень приятно, Аня. Командировка? Или в гости? — Дмитрий, казалось, совершенно не замечал её сдержанности. Он излучал энергию и дружелюбие.
— Насовсем, — коротко ответила она.
— О, так вы начинаете новую главу! Это же прекрасно! Москва — город возможностей. Хотя и суетной, конечно. Я вот занимаюсь тем, что дарю людям радость.
— И чем же, если не секрет? — Аня невольно заинтересовалась.
— У меня свое агентство по организации детских праздников. «Волшебный Фонарь» называется, — с гордостью сказал Дмитрий. — Мы устраиваем дни рождения, выпускные в детских садах, новогодние ёлки. Возвращаем взрослых в детство, а детям дарим сказку. Знаете, видеть восторг в глазах ребёнка, когда к нему на праздник приходит настоящий Человек-Паук или принцесса Эльза — это бесценно.
Он говорил так увлечённо, что она заслушалась. Его воодушевление было заразительно.
— Должно быть, это очень шумная и ответственная работа, — заметила она, когда они подошли к очереди на посадку.
— Не без этого, — рассмеялся Дмитрий. — Иногда после дня рождения компании из двадцати пятилетних сорванцов хочется тишины и покоя. Но это приятная усталость. А вы чем планируете заниматься в Москве?
— Я переводчик, еду на собеседование. Одна... знакомая, — Аня запнулась, подбирая слово, — предложила место в компании.
— Переводчик? Здорово! Какой язык, если не секрет?