– Представляешь, я возвращалась с работы. Только устроилась тогда в бюро переводов, иногда задерживалась допоздна.
– Может, не стоит? – предложил Степан, но Анна уже увлеклась рассказом.
– Нет-нет, расскажи! – Кристина подалась вперёд, отпивая вино.
– Так вот, возвращаюсь я поздно, а район у нас неспокойный. И тут двое каких-то пристали...
Она рассказывала, то и дело поглядывая на мужа. Щёки горели от вина и воспоминаний.
– И тут останавливается машина, выходит Стёпа... Представляешь, он просто вышел, посмотрел на них – и они сразу ушли! А потом предложил подвезти...
– Надо же, какой рыцарь, – в голосе Кристины звучало искреннее восхищение. – И давно это было?
– Два года назад, – Анна положила голову мужу на плечо. – А через год Стёпа сделал мне предложение.
– Как романтично, – Кристина задумчиво покрутила бокал. – Значит, ты тогда уже работал в такси?
– Да, – ответил он коротко. – Своя машина, свой график.
– А сейчас тоже в такси? – Кристина спросила будто между делом, накладывая салат.
– Да, пока что, – он пожал плечами. – Учусь на заочном, уже четвёртый курс в универе, международная логистика. Вот отучусь – буду искать работу по профессии.
– Знаешь... – Кристина помедлила, – у папы как раз уволился личный водитель. Хочешь, я с ним поговорю? Работа солидная, зарплата хорошая.
Сердце Анны забилось чаще. Это же отличная возможность для Стёпы!
– И что входит в обязанности? – спросил он.
– Ну, возить папу на встречи, переговоры и по личным вопросам, – Кристина говорила деловым тоном. – График, конечно, ненормированный, но и оплата соответствующая. Правда, нужно будет костюм носить – у нас всё серьёзно, представительно.
– Стёпа отлично водит, – Анна не могла сдержать гордости. – Он в армии водителем служил.
– Правда? – Кристина улыбнулась. – Папа это оценит. Он очень требователен к водителям. У него серьёзный бизнес, важные встречи, нужен человек, на которого можно положиться.
– Я подумаю, – парень кивнул. – Спасибо за предложение.
Вечер летел незаметно. Анна чувствовала приятное тепло от вина и радость от того, что всё складывается так удачно. Кристина рассказывала о жизни в Пекине, Стёпа понемногу оттаял и даже пошутил пару раз.
Прощаясь, Кристина сказала:
– Я завтра же поговорю с папой. Позвони, когда решишь.
Она протянула руку Степану для прощания, но вместо обычного рукопожатия слегка сжала его ладонь обеими руками, удерживая её чуть дольше положенного. Анна заметила это движение краем глаза, но решила не придавать значения – Кристина всегда была эмоциональной. Степан же, наоборот, сухо кивнул и быстро высвободил руку, делая шаг назад, к жене.
– Хорошо, – кивнул он, немного смутившись. – Спасибо за вечер.
в
Глава 3: Решение (決定)
Дома Анна первым делом скинула туфли и устроилась с ногами на своем любимом месте. В их маленькой, но обжитой квартирке на стенах висели её каллиграфические работы – иероглифы, которые она выводила с особой любовью, – и фотографии из их повседневной жизни. В углу стоял старинный торшер, который муж недавно отреставрировал, – теперь он давал мягкий, тёплый свет, создавая особую атмосферу.
– Стёп, ну что думаешь? – она посмотрела на мужа, который устало опустился в кресло, массируя шею после долгого дня.
– Не знаю, – он потёр переносицу. – Всё как-то слишком гладко выходит, не находишь? Я только познакомился с твоей подругой, а уже такое серьёзное предложение с работой.
– Стёп, да ты просто не знаешь Кристину! – с жаром возразила Анна. – Если видит в человеке что-то хорошее, готова горы свернуть! Был у нас на втором курсе случай... меня тогда чуть не отчислили.
Она говорила, а перед глазами сама собой всплывает та картина. Зачёт по стилистике. Преподавательница, пожилая и язвительная дама старой закалки, невзлюбившая её с первого дня за «слишком наивный взгляд». И вот – её зачётка летит на стол с уничижительной фразой: «Пересдача, Беляева. И не пытайтесь в следующий раз подсунуть мне чужую работу. Я вас раскусила». Весь мир тогда рухнул. Обвинение в плагиате было не просто несправедливым – оно было убийственным для её репутации отличницы. Подруги, с которыми она делила все секреты, вдруг стали смотреть в сторону. Кто-то с жалостью, кто-то со злорадством. Она осталась одна посреди гулкого коридора, глотая слёзы унижения.