— Это Спарта! — с боевым кличем подруга вытолкнула меня в открытую дверь. Видимо, она надеялась, что я упаду в сугроб, но я успела ее схватить за куртку, и мы жестко приземлились на траву.
Хотя Аля приземлилась на меня, ей было мягче. А мое лицо смачно поцеловалось с землей и травой.
— Что за хрень?! — Завопила Алика, подскочив с меня. После чего я смогла перевернуться на спину и разглядеть непонятную для нас обстановку.
Глава II
Нас окружал знакомый летний пейзаж, хотя только что была зима и даже снег шел. А сейчас все снова так ярко и сочно, словно смотришь через фильтр камеры. Вокруг лес. Легкий ветерок колышет кроны высоких деревьев, шелестит листвой. Во всю щебечут птички. Ни единого привычного звука.
Первая мысль, возникшая у меня в голове: мы просто свалились со склона за остановкой. Но ведь снега нет, даже намека на него!
— Куда мы, мать его, попали?! — воскликнула я, приняв сидячее положение. Я испуганно посмотрела на Алику. Та особо не заинтересовалась моим возгласом, да и ситуацией в целом, и судорожно проверяя содержимое своего рюкзака, то и дело гремела чем-то стеклянным.
— Фух! — она смахнула невидимый моему взору пот со лба и с улыбкой посмотрела на меня, — Ничего не разбилось.
Сидя в позе лотоса, она покачивалась из стороны в сторону, продолжая сиять, как звезда.
— Как будто это сейчас важно?! — я закипала. Сдуру швырнула в подругу кусок земли с травой и благополучно промазала, а той хоть бы что. У меня начал дергаться глаз, — Где мы — ВОТ ЧТО СЕЙЧАС ВАЖНЕЕ!
Я злобно пыхтела, пока она спокойно встала и начала осматриваться.
— А что должно было разбиться? — вдруг осенило меня, отчего я неожиданно подорвалась с места и уставилась на Алику. Та хитро улыбнулась и посмотрела в ответ.
— Ну ты шо? — спросила она так, будто это было очевидно. — А как же выпить за день рождения? Восемнадцать лет как никак!
Мы захохотали в унисон.
Отряхнувшись от травы, мы продолжили осматривать окружающий нас лес. М-да, одеты мы явно не по погоде. Жар солнца ощущался даже в тени деревьев. Мы сняли свои куртки и собрались в путь, как вдруг услышали странный шорох в тени кустов. Подпрыгнув от испуга, мы помчались куда глядят глаза.
По лесу бегать опасно, особенно когда не знаешь дороги. И неважно куда она ведет, главное, чтобы ты не упал плашмя и не расшиб себе голову. В принципе, это единственное что меня волновало на данный момент.
Меня остановила подруга, резко ухватив мой локоть и потянув назад. Это спасло меня от неприятного торможения всем телом в дерево.
— Тормози-тормози, — запыхавшись, произнесла подруга и привалилась к дереву.
— Мамочки! — я не удержала равновесие и плюхнулась задом на землю. Но через мгновение уже дико гоготала, увалившись всем телом наземь. — ты понимаешь абсурд происходящего?!
Подруга поддержала мой истерический смех своим недохрюканьем, упав рядом со мной.
— Ща клещуков наберем, — вдруг подорвалась она с земли, потянув и меня заодно. Мы судорожно отряхивали волосы и одежду. — ну что? Куда двинем дальше?
— А есть варианты? — Я посмотрела на нее непонимающим взглядом и махнула рукой на единственную тропу, на которой, кстати говоря, мы и стояли.
Лес как лес. Ничего необычного. Если не считать необычным подозрительную схожесть с нашим ландшафтом. Нет поселка, трассы, проходящей через горы, мусора и людей, а так все один в один.
Душно неимоверно, а мы премся в зимней одежде по жаре. Уже сняли и свитера, и толстовки, повесили их к курткам, но обувь и джинсы снимать не очень хотелось. А под ними уже банька-парилка.
— Я уже не могу, — обливаясь потом, завыла я, — давай тормознем еще разок?
— Мы уже каждые метров сто останавливаемся! — проворчала Алика, хотя сама пребывала в таком же состоянии. Мне показалось, что она насторожилась. — Я слышу шум воды, там внизу может быть река.
Нет, не показалось. От жары наступала слабость, и я, не заметив камня под ногой, споткнулась о него и кубарем покатилась по склону.
— Яра, твою мать! — только и расслышала я.
Алика
Я не успела и вздохнуть, а эта клуша уже навернулась и катилась по склону прямиком сквозь деревья.
— Твою ж налево! — я рванула за ней, кое-как прыгая по склону, груженая тяжелой сумкой.
Когда я выбежала на берег, она уже лежала, раскинув конечности как звезда. Лужи кровищи вокруг нет, значит не ранена, уже неплохо.
— Мать, ты жива? — нависла я над ней. Она приоткрыла глаза, прищурилась. — Сколько меня ты видишь?
— По времени или по количеству?