Это неправда. Все и так-то непросто, даже без тяжких трудов. «Жизнь – невероятно тяжелая штука. К счастью для нас», – любил шутить Херби.
Я раздумываю, не зайти ли в соседнюю кебабную, взять шаурму и с удовольствием съесть ее перед витриной Зак.
Разумеется, любая покупка – рискованное предприятие. Делать покупки намного опаснее, чем вы думаете. Непредвиденные ситуации поджидают повсюду, и даже простое хождение по магазинам чревато бедой.
В последний раз я работал с Херби на съемках в Японии. Япония – удивительная страна, одна из моих любимых, но очень уж дорогая: не разорительно только дышать, а все остальное стоит каких-то безумных денег. Когда мы летели домой из Нариты, Херби углядел в дьюти-фри бутылку виски «Ямадзаки» восемнадцатилетней выдержки. Наверное, это была какая-то ошибка или рекламная акция в рамках аттракциона невиданной щедрости, потому что цена хоть и кусалась, но не была запредельной. Каким-то мистическим образом у нас осталось немного бюджетных денег, и, скажем прямо, японский продукт с Ямой в названии может быть чем угодно (если вспомнить, что Яма – буддистский бог мертвых).
– Бюджет надо растрачивать весь, до последнего пенса, – сказал Херби. – Иначе ты дискредитируешь нашу профессию и навлечешь на себя гнев и ярость потомков вплоть до третьего поколения.
Я думал, он покупает эту бутылку себе в коллекцию, но он презентовал ее Джо’ну. Херби никогда не заискивал перед вышестоящими, но ему искренне нравилось делать людям приятное, он ладил со всеми и чтил освещенные веками традиции человеческого общежития, к каковым, безусловно, относится и заграничный гостинец для шефа.
Пару месяцев назад я увидел эту бутылку в коробке со сломанной кофемашиной в кабинете у Джо’новой секретарши. Бутылка была не открыта.
– Ты не любишь виски? – спросил я у Джо’на.
– Люблю, но не это японское пойло. Мне его привез Херби. Небось взял по дешевке. Вот почему я прекратил с ним работать. Ненавижу сквалыг. Скупость, знаешь ли, не украшает. Я думал, что еще тогда выбросил эту бутылку.
Я не стал говорить Джо’ну, что среди настоящих ценителей крепких напитков «Ямадзаки» считается лучшим в мире виски, потому что на собственном опыте убедился: что-то втолковывать невеждам – напрасный труд. Благодарности все равно не дождешься. Я взял бутылку домой, выпил за Херби и снова поклялся себе, что уничтожу мерзавца Джо’на.
– Мир тебе, – говорит Зак.
В чем беда с расхожими фразами: они затерты до полной потери смысла. Когда ты молод и рьян, тебе не нужны мир и покой. Тебе нужны праздник и буйство красок. Секс, наркотики, рок-н-ролл и побольше наличных. И только с возрастом мы начинаем ценить покой. Херби очень ценил покой. «Покой – это лучшее, что у нас есть. Истинный рай на земле, – говорил он. – Но ты еще молод, ты не поймешь. Ты так молод, что даже не понимаешь, что тебе и не хочется этого понимать».
Я выхожу из кебабной, и Зак кричит мне вслед:
– Не в деньгах счастье!
– Это гнусная ложь, которую придумали бедные, – отвечаю я.
Обычно я не блещу остроумием, когда надо быстро найтись с ответом, но эту фразу всегда держу наготове. Я перенял ее от Эллен. Она постоянно мне так говорит.
Гебекли-Тепе
Август
Библиотеки – величайшее изобретение человечества. Я – настоящий фанат Британской библиотеки. Если я нахожусь поблизости и мне вдруг приспичит посрать, я иду только туда. Там совершенно роскошные туалеты и весьма неплохое кафе. Отличное место, чтобы назначать встречи и покупать наркоту. У меня есть читательский билет, так что в случае необходимости я смогу с полной ответственностью заявить, что заходил в библиотеку не просто так, а искал материалы для съемок.
Семтекс сидит в кафе и гипнотизирует взглядом тарелку с каким-то фруктовым салатом. Веганы меня умиляют и просто смешат. Причинять вред животным нельзя, а растениям, стало быть, можно? Потому что они не способны сбежать и укрыться? Растения, эти коварные, злокозненные существа, только и ждут, как бы захватить мир. Я знаю, о чем говорю. Я снимал Чернобыль и видел, как растения пробиваются из-под асфальта. Они поджидают, когда мы споткнемся и упадем.
Для того чтобы жить, поневоле приходится убивать. Я читал, что растения кричат, когда их выкорчевывают из земли. Кричат беззвучно, на свой растительный манер. Они умоляют о милосердии, они страдают, они переговариваются друг с другом, шелестя листьями. Это доказано умными дядьками в белых халатах, но Семтекса так просто взбесить, что уже даже неинтересно.