– Нам никто не поверит.
– Если у нас будет шанс рассказать.
– Это какое-то безумие.
– Вера в разумность мира уже сама по себе признак безумия, – говорит Семтекс. – Уж это я знаю наверняка.
Мы выглядываем наружу. Особого выбора у нас нет. Здесь оставаться нельзя. Значит, надо смываться. Мы идем, оставляя цепочку кровавых следов. Жалко, у нас нет камеры. Такой мощный образ. Чуть дальше по улице женщина развешивает во дворе постиранное белье.
– Такси? – спрашивает Семтекс.
– Ты все еще ищешь сейф Херби? – спрашивает у меня Семтекс на обратном пути в наш отель в Газиантепе.
– Уже особенно и не ищу. Сначала – да, я пытался его разыскать. Делал, что мог. Пообщался со всеми, с кем сумел пообщаться, из преступного мира. Размещал объявления, обещал вознаграждение. Но все было глухо. И вряд ли он найдется теперь, по прошествии пяти лет.
– Зачем тебе его сейф?
– У Херби было столько идей. Может быть, там лежат документы о каком-нибудь журналистском расследовании. Денег у него не было, это точно. Тогда зачем ему сейф? И я надеялся, что смогу поймать вора. Это было ужасно. Прямо в день похорон… И ведь украли не только сейф, но и личные вещи, которые мог бы забрать его сын.
– А может, там и не было ничего интересного. Например, он хранил в сейфе диски с любимым порно.
Семтекс прав. Возможно, я бы разочаровался, рассмотрев содержимое сейфа. Возможно, разочаровался бы даже в Херби.
– Теперь мы уже никогда не узнаем.
Пару минут Семтекс сосредоточенно глядит в окно.
– Ты уверен, что хочешь знать?
Судя по голосу, он что-то знает.
– А что такое?
– Я не сказал, что я что-то знаю.
– Нет. Если ты что-то знаешь и не хотел говорить, можно было вообще промолчать. Но раз ты начал вот это «ты уверен, что хочешь знать», то теперь договаривай до конца.
– Так ты хочешь знать?
– Теперь у меня просто нет выбора.
– Ладно.
– Только не говори мне, что ты нашел сейф.
– Нет, конечно. Но я нашел парня, который его украл.
– Как?
– Совершенно случайно. Собственно, я его и не искал. Пару недель назад я снимал интервью с бывшим домушником и наркоманом, совершившим триста квартирных краж в Хендоне, прямо рядом со зданием полицейского колледжа. Он был известен как Хендонский Взломщик до того, как резко перевоспитался и занялся охранным бизнесом. И еще открыл какую-то студию медитации.
Если я ненавижу кого-то больше, чем наркомана, готового украсть что угодно, то лишь бывшего наркомана, который перевоспитался и теперь утомляет тебя рассказом о том, как его жизнь изменилась к лучшему.
– Поскольку Херби жил в Хендоне, я спросил у него, не выносил ли он сейфы.
– С чего бы он вдруг запомнил какой-то сейф? – говорю я. – И откуда мы знаем, что это был сейф Херби?
– Оттуда, что среди прочих вещей в сейфе был огромный надувной член.
Когда я закончил снимать передачу о надувных аттракционах, я привез всем подарки – гигантские надувные фаллосы, – в том числе Семтексу и Херби. Но только не Джо’ну.
– А сейф Хендонский Взломщик запомнил, потому что тот был ужасно тяжелый, и он чуть не лишился пальцев, когда его открывал. Можешь представить, как он разъярился, увидев, что там внутри.
Семтекс делает паузу.
– Ну, давай. Говори. Что там было?
Надо признаться, я и представить себе не мог, что мне придется поехать в Турцию, чтобы узнать о судьбе сейфа Херби.
– Тебе не понравится, что я сейчас скажу. В сейфе стояли две бутылки из-под виски, наполненные мочой. А вот это тебе понравится. Там была записка: «Ты не такой умник, как тебе кажется».
Да, это вполне в духе Херби. Я до последнего не верил Семтексу, но записка решила все. В записке – весь Херби. Плюс две бутылки с мочой, чтобы сейф был еще тяжелее. Я должен был догадаться, что Херби не такой идиот, чтобы хранить в сейфе какие-то ценности. Я должен был сразу сообразить. Сейф Херби из той же оперы, что и мой фальшивый бумажник на случай ограбления.
И где же секретные кадры с лохнесским чудовищем? Где карта для поисков Экскалибура? Где письмо, подтверждающее, что Елизавета I была мужчиной? Где формула антигравитации? Где кадры, отснятые русскими на Луне? Если у Херби и было хранилище тайн, теперь я вряд ли его разыщу. И никогда не узнаю, чего так боится Джо’н.
– Ты думал, там есть что-то важное? – спрашивает Семтекс, наверное, в тысячный раз за последние пять лет.
– У Херби было столько идей и знакомств, я думал, там будет… что-то. И Джо’н сильно нервничает из-за сейфа.
– Это да. Когда я недавно столкнулся с ним в телецентре, я намекнул, что у тебя есть зацепка. Он так приплясывал, словно ему жгло пятки. У него явно рыльце в пушку.