- Когда станет жарко - скажешь. Если затошнит - говори. - Влад застегнул молнию палатки наполовину, оставив вентиляцию и как понимаю следить за мной.
Рация треснула помехами.
Медведь:
- Прием. Я передал диспетчеру данные: один пострадавший в лагере с переохлаждением, в сознании, эвакуация нужна. Вторая - женщина, смыта в реку, активные поиски. Вертушка в лучшем случае через сорок минут, зависит от погоды. Они просили координаты посадки. Можете разметить площадку?
Тимур:
- Да. Поляну видел подходящую, 200 метров выше по тропе. Будем дымить и вывесим сигнал.
Влад повернулся ко мне:
- Слышал? Сейчас главное - вывести тебя из критики. Если спустишься ещё по температуре - в вертолёт тебя будут грузить уже без твоего участия. Нам это надо?
Я хотел возразить - «Не меня, её!» - но язык не слушался. И где-то внутри я понимал: если я свалюсь, они потеряют время и людей, которых сейчас отправили за Алисой.
Тимур проверил меня ещё раз, потом коротко сказал Медведю:
- Решение такое: Стаса эвакуируем в первую очередь. Он нестабилен, но контактный. Дальше - координация поиска Алисы с воздуха. Если её заметят - заберут сразу. Если нет - продолжим по руслу. Как Стаса отправим - дам знать.
Медведь:
- Принято. Отбой. - и оглушающая тишина
Тимур вышел готовить площадку и дымовой сигнал. Влад оставался со мной, заставляя говорить. Сил уже не оставалось. Я закрыл глаза.
- Вытащите её… пожалуйста… - прошептал я.
Влад ответил не сразу.
- Постараемся. - Я осознал, что Влад уже не обещает. После всего, что я ему рассказал. Говорить не осталось сил. Слушал Влада, он начал делится со мной проблемами в семейной жизни. Это было неожиданно. Ведь мы всегда считали, что Влад счастливчик и давно глубоко женат.
Разговор прервал гул. Низкий, тяжёлый, словно земля подёрнулась. Потом он стал нарастать, дробиться, пробираться сквозь деревья и скалы, пока не превратился в отчётливое: вж-ж-ж-ж-ж.
- Идут. - сказал Влад, выглядывая из палатки. - Вижу сигнальные огни.
Я еле приподнялся. Сквозь полупрозрачную ткань слышно: треск радиосвязи, шорох ног, резкие команды. Потом - рев лопастей, и небо над поляной будто разорвалось.
На расчищенной поляне за лагерем вертолёт завис на несколько метров. Пилот грамотно держал машину - чтобы не сорвать потоком ветра палатки или костёр.
Из боковой двери выскочили двое: парамедик в красно-синем комбезе с термонаклейками и спасатель с жёлтым сигнальным жилетом. На груди - GPS, радиостанция, гермоупаковка.
Влад и Тимур уже ждали их у палатки.
- Один пострадавший. Мужчина. Контактный. Переохлаждение, возможная травма ноги. Упакован. Стабилизирован.
- Где он?
- Здесь.
- Передали еще, что девушку потеряли. Нашли?
- Нет.
Спасатели зашли в палатку. Один сразу достал портативный пульсоксиметр, другой проверил реакцию зрачков.
- Как зовут?
- Стас. - выдавил я. - Алиса… наш…ли?
- Пока нет. Ищут. Сейчас ваша задача - выжить. Понял?
Я кивнул. Едва. Больше не мог.
- Отлично. Готовим к транспортировке..
Спальник разрезали сбоку, подкладывая под спину жесткий щит. Надели кислородную маску - не ту больничную, а лёгкую, дежурную - чтобы облегчить дыхание.
- На три. Один… два… Три.
Меня подняли, перенесли к носилкам, пристегнули, закрыли термоодеялом. Под лопастями было оглушительно - ветер бил в лицо, земля дрожала.
- Дорога короткая.
Последнее, что я увидел перед тем, как двери захлопнулись - это лицо Влада. Он стоял внизу, прижав рацию к уху. Он не махал рукой. Он смотрел - прямо в глаза. И этого было достаточно.
Я лежал, пристёгнутый, слышал, как спасатель говорит что-то в микрофон шлема. Где-то сбоку - приборы, цифры, пульсометр. Но всё это было далеко. А внутри - только пустота. Не страх. Не боль. Только она. Я закрыл глаза. Рев мотора стал фоном. И где-то в этом шуме мне показалось - я слышу воду. Шум реки. Голос. Или эхо.
Когда вертолёт начал снижение, я не чувствовал облегчения. Только вину.
За то, что допустил ошибку.
За то, что не остался ждать.
Глава 10
Всё произошло за секунду. Один неверный шаг - и земля исчезла под ногами. Камень вывернулся, нога ушла в сторону, руки соскользнули. Мир наклонился, небо перевернулось, и вот - удар.
Ледяная, жгучая стена воды обрушилась на меня, срывая дыхание. Холод вонзился, как тысячи игл. Казалось, сама кровь замерла в жилах. Сердце на секунду остановилось - а потом бешено заработало, будто пытаясь вырваться из груди. Рот открылся, чтобы вдохнуть - и вместо воздуха вошла вода. Горло обожгло. Лёгкие сжались. Паника.