— Боже, Патрик, какой ты дурак! У тебя столько женщин было, но ты, похоже, в нас так ничего и не понял. Омер сделает все, чтобы ее забрать, а ты, в самый решающий момент, читаешь ей наставления. Молодец, он тебе спасибо скажет. Просто браво!
— Седа, мне и так паршиво, не трогай меня сейчас. Прошу, как друга, побудь с ней до меня.
— Да, я пойду, у меня других-то дел ведь нет. Мне казалось, ты умнее. Когда ты успел так поглупеть, с тех пор, как влюбился что-ли? У тебя с другими женщинами таких проколов не было.
Седа закончила разговор и несколько минут раздумывала, как теперь подступиться к Дефне. Она наверняка поймет, кто ее послал, и какова цель ее прихода, что же ей сделать, чтобы успокоить ее, и что сказать, чтобы оправдать своего друга в ее глазах. В душе она уповала на то, что он приедет раньше Дефне и будет сам разруливать ситуацию, в которую себя загнал.
Мерт проснулся после дневного сна и спустился на первый этаж в поисках матери. Он помнил, что она должна была уехать, но обещала вернуться до того, как из магазина привезут его новую кроватку, мама обещала ее собрать и поставить, чтобы он уже сегодня мог на ней заснуть. На кухне Айшегюль что-то готовила, тихо напевая, а в гостиной папа стоял у окна и смотрел в окно, мамы нигде не было видно. Мерт подошел к отцу, встал рядом и обнял его за ногу.
— Папоцька, а мама когда придет?
— Не знаю, малыш, думаю скоро.
— Давай вместе здать, так быстрее придет.
— Конечно, только пойдем оденемся и вернемся встречать маму.
Он поднял малыша на руки и направился на второй этаж, когда в дверь позвонили. Не отпуская сына, Омер пошел открыть, но его опередила Айшегюль, в дом вошла Лара, за ней Седа. Мерт радостно взвизгнул, изогнулся и, почти выпав из рук Омера, потянулся к девочке. Лара взяла его и потащила на второй этаж, согнувшись под его тяжестью, при этом они успевали что-то оживленно друг другу говорить. Седа прошла в гостиную и села, выжидательно посмотрев на Омера.
— Вы о чем-то договаривались с Дефне? — спросил Омер, стараясь завязать разговор и получить дополнительную информацию от подруги Дефне.
— Нет, я соскучилась и решила заглянуть к ней. Если у вас есть какие-то дела, вам необязательно оставаться, я ее дождусь и присмотрю за Мертом, да и Айшегюль здесь. — сделала она попытку выпроводить его до приезда Дефне.
— Ну что вы, я дождусь ее, да и новую кровать для Мерта должны привезти. Я обещал собрать ее. — многозначительно глядя ей в глаза парировал он.
— Что ж, будем ждать вместе.
Айшегюль вышла из кухни и предложила заварить чай, Седа согласно кивнула головой, а Омер попросил для себя кофе.
Когда Дефне на такси подъехала к дому, она увидела машину Патрика у дома Седы. Заметив ее, он тотчас же вышел из Корвета и направился к ней, внимательно вглядываясь в ее лицо. Подойдя, взял ее за руку и решительно повел к своей машине. На глазах у соседей и возможных зрителей в доме она не стала вырываться и устраивать сцену. Взялась за ручку задней дверцы, но Патрик попросил ее сесть вперед рядом с ним. Они отъехали в направлении парка, на детской площадке уже никто не гулял, а редкие парочки жались в тени деревьев. Остановив машину, он предложил пройтись и Дефне вышла, все еще не произнеся ни слова.
— Почему ты сбежала от меня? Я тебя обидел или разочаровал?
Она помолчала, обдумывая ответ:
— Ни то, ни другое. Ты поступил очень честно и сказал правду, я не могу обижаться на тебя.
А про себя добавила: «Но почему-то обижаюсь».
Они медленно шли рядом вдоль парка, не глядя друг на друга. Потом Патрик остановился и, осторожно приподняв ее подбородок, заставил взглянуть на себя.
— А со стороны так не скажешь. Дефне, для тебя сейчас очень не простые дни. Омер, насколько мне известно, твоя первая и очень сильная любовь, она просто так не проходит, полагаю, ты до сих пор его любишь, хотя, может и не так как раньше, к тому же он отец Мерта. Я не знаю, но, возможно, ты думаешь вернуться и создать с ним семью. Это логично.
Дефне, взволнованная оборотом, который принимал разговор прерывисто вздохнула.
— Все эти годы я наблюдал за тобой, ничем не проявляя свой интерес, но знал, что ты меня заметила. В наши редкие встречи, ты краснела, избегала смотреть мне в глаза, прикусывала нижнюю губу, машинально теребила прядь волос. Да, Дефне, были и другие знаки, которые я легко читал, ты не контролировала свое тело, а оно говорило мне больше, чем твое упорное молчание и твой убегающий взгляд. Я решил дать тебе время, думая, что после пережитого, ты боишься новых отношений, но, наверное, Седа была права, говоря, что я опоздал.
Они дошли до края парка и повернули назад. Дефне была несколько ошарашена его откровенностью, она никогда не думала, что чувства, в которых она сама еще не определилась на тот момент, были ему так заметны.
— Когда я узнал, что он приезжает, понял, что не могу отдать тебя просто так и должен, по крайней мере, заявить тебе о своих намерениях. Я вижу, что волную тебя, но ты не подпускаешь меня близко, а когда я отдаляюсь, не позволяешь мне уйти, да я и сам не могу этого сделать. А твоя сегодняшняя обида? Разве ты не дала мне понять, что не хочешь видеть рядом со мной других женщин?
Дефне покраснела и отвела взгляд в сторону, она признавала, что он понимал ситуацию лучше ее, чего-чего, а опыта в любовных делах у него было несравненно больше. Вопрос был в другом, что ей делать с этой ужасной путаницей в голове и сердце. Да, она все еще испытывала чувства к Омеру, но не хотела, чтобы Патрик уходил, он нравился ей, за эти два месяца, что он открыто, пусть и под давлением обстоятельств, заявил ей о своих чувствах, она привыкла к его частым визитам, ненавязчивому, но постоянному вниманию, он был для нее якорем в этом безжалостном, чужом мире и… противовесом Омеру. Хотя внутренний голос ей советовал: «Брось обоих, беги от них, ты должна успокоиться и жить, словно ничего и не было». Как-будто услышав ее мысли, он схватил ее за руку.
— Дефне, я ни в коем случае не отвергаю тебя. Я влюблен в тебя, твоей близости хочу, но не как одноразового удовольствия, мы оба достойны серьезных, долгих отношений, тем более, что тебе нужно думать и о сыне тоже. Я не его биологический отец, но заботиться о нем, как о родном – могу.
Они повернули назад к машине, пора было возвращаться. Патрик подъехал к дому и вышел вместе с ней. Уже подходя к дверям, сказал:
— Не торопись с решением, все обдумай. Ты еще не все знаешь о жизни Омера. — и, словно не замечая ее вопросительного взгляда, позвонил в дверь.
Айшегюль открыла и сообщила, что кровать уже привезли, Омер был наверху вместе с Мертом и Ларой, которые суетились больше всех и принимали самое деятельное участие в установке новой кровати, то есть, самым активным образом мешали Омеру это делать. Патрик поднялся наверх помочь, еще одна пара мужских рук была бы явно не лишней, и почти сразу спустился принести кое-какие инструменты из своей машины. Но возвратился не только с ними, в руках он нес футбольный мяч – подарок для Мерта.
Дефне удивилась, увидев Седу у себя дома, потом понимающе улыбнулась и сказала подруге:
— Ты бы уж определилась в чьей группе поддержки состоишь?
— Дефне, если честно, вы меня оба достали. Ну что, разобрались друг с другом?
— В целом – да. Запуталась я, подруга. Кстати, Патрик советовал мне не торопиться с решением и сказал, что я не все знаю об Омере. Что он имел ввиду, как думаешь?
— Он меня не посвящает в эти дела. Но, если он это озвучил, значит это что-то серьезное.
Спустилась Айшегюль сказать, что кровать почти установили, и девушки поднялись ее осмотреть. Картина была забавной: Мерт и Лара тихо разговаривали на диване, куда их несомненно силой усадили, малыш счастливыми глазами смотрел на подаренный футбольный мяч и, наверняка, уже строил планы по его использованию в деле. Лара рассматривала новое постельное белье друга, там были и ее любимые герои мультиков, поэтому она собиралась попросить у матери такое же.