Собрание было назначено на вторую половину дня, в обеденный перерыв два друга отправились перекусить в ближайшее кафе, пригласить Омера в «Мано», где он был частым гостем во время его отсутствия, Синан не решился. Они сделали заказ официанту, Синан молчал, ожидая, когда Омер начнет разговор.
— Вчера моему сыну исполнилось три года. Я разговаривал с ним по скайпу, задавал вопросы, конечно, потому что связного рассказа у него еще не получается, узнал, что они с друзьями отмечали это событие в детском развлекательном центре. Мой малыш был такой счастливый, говорил о подарках, о железной дороге, которую Дефне купила от нас двоих.
— Омер, возможно тебе и не поможет то, что я сейчас скажу, но даже, если ты вдали от сына, он у тебя уже есть, он тебя видел и знает, что ты его отец. Будущего нам знать не дано, да это и к лучшему, возможно, следующий День рождения вы будете проводить вместе.
— Надежда, это все, что у меня осталось.
Они замолчали пока официант, принесший заказ, расставлял тарелки.
— А что за друзья у Дефне, о которых ты упомянул?
Задав вопрос, он увидел, как изменилось выражение его лица, Омер прищурил глаза и, вертя в руках вилку, произнес:
— Если быть объективным, это очень хорошие друзья, без них ей пришлось бы совсем плохо. Женщину зовут Седа, независимая, умная красотка, невзлюбившая меня с первого взгляда, очень старалась оградить от меня Дефне, но я на нее не в обиде, она любит ее и от чистого сердца желает защитить. С мужчиной сложнее, он и покровитель, и спаситель, и работодатель в одном лице, он очень помог ей закрепиться и наладить жизнь в этой стране. Несмотря на его попытку объяснить это состраданием к находившейся в безвыходном положении девушке, я уверен, что он сразу влюбился в нее. Непонятно только, чего он так долго ждал? Хотя сейчас своих чувств к ней он не скрывает.
— А ты хотел бы видеть их женатыми, к моменту, когда ты ее нашел? Он вполне мог бы и твоего Мерта усыновить. Да, кто он такой?
— Патрик Пошэ, довольно известный в Нью-Йорке человек, почти мой ровесник, талантливый художник, очень богатый и из уважаемой состоятельной семьи. Да, забыл добавить, он очень привлекателен, и женщины его просто обожают.
Синан услышал сарказм в голосе друга и покачал головой.
— Как же ты оставил ее в таком обществе? Не боишься, что они сблизятся.
— Боюсь, смертельно боюсь, но ничего не могу сделать, у меня нет на нее сейчас никакого влияния, мы слишком далеко друг от друга находимся, все было бы намного проще, переедь она сюда. Дефне сказала мне, что я не имею морального права после всего случившегося ждать от нее понимания и просить о чем-то.
— А что, было что-то еще, о чем ты мне не рассказал?
— Вот именно, Синан, было что-то еще. Некто чудесным образом свел Дефне с одной из моих… — Омер помолчал, подбирая нужное слово, — близких знакомых, надоумив девушку расспрашивать обо мне. И у той оказался очень длинный язык, похоже, она много интересного Дефне наболтала, да еще и визитную карточку дала, чтобы было куда позвонить в случае успешных поисков. Эту визитку Дефне передо мной и выложила.
Синан, прикрыв ладонью рот, недоверчиво смотрел на своего друга. С момента возвращения Омера он узнал столько подробностей о его личной жизни, что в его сознании «Омер до» и «Омер после» воспринимались уже, как два разных человека.
— Ты хочешь сказать, что результат твоей поездки не просто близок нулю, он уже со знаком минус? Вам хоть о чем-то удалось договориться?
— Да. Когда я понял, что она закрылась от меня броней, и никакие мои слова, просьбы или обещания до нее не доходят, я решил отойти, знаешь, такой тактический ход ‒ отступить на время, чтобы окончательно не проиграть битву. Сказал, что у нее есть срок в восемь месяцев, чтобы все обдумать, что на это время она свободна и может жить как хочет, но потом она должна вернуться ко мне и принять меня с тем прошлым, о котором ей все известно, так же как и я приму ее с тем, о чем она захочет мне рассказать.
— Подожди, ты что же разрешил ей отношения с другим? Может, это и честно в ваших обстоятельствах, но не слишком ли рискованно? И откуда эта цифра восемь, а не семь или десять?
— Столько месяцев мне понадобилось, чтобы наделать ошибок, осознать их и принять, наконец, неоспоримую истину, что иной женщины, кроме Дефне, я не хочу рядом с собой. И да, я рискую, но не мог же я тащить ее через границу со связанными руками и кляпом во рту?
Обеденный перерыв подходил к концу, и время для откровений закончилось, Синан был даже рад этому, потрясшие его признания друга никак не вписывались в рамки тех правил и принципов, на которых Омер раньше строил свою жизнь и неукоснительно им следовал, требуя того же от других. Как же так вышло, что его друг, почти брат переживал такую драму, меняясь прямо у него на глазах, а он даже не заметил этого или, может, просто не придал этому значения, занятый собственными переживаниями.
Возвратившись после обеда в свой кабинет, Синан вернулся мыслями к Дефне. Он знал и помнил ее открытым и честным человеком, конечно, им обоим выпали тяжелые времена, но ситуация, в которой она оказалась после бегства Омера, потребовала от девушки редкой силы характера, когда вдали от привычных условий и родных людей, с новорожденным ребенком на руках, ей пришлось вписываться в совершенно чуждый ей по культуре и традициям мир, однако, она выстояла и жила, насколько он понял, привычной, уже сложившейся жизнью. Наверняка, внезапный приезд Омера пошатнул ее душевное равновесие, и если признания Омера ошарашили его, друга и мужчину, то как же должна была на них отреагировать она и в каком состоянии находится сейчас? Может стоило бы связаться с ней по телефону и поговорить, пусть запоздало, но проявить участие, между ними были всегда теплые отношения. Почему он раньше не подумал об этом? Ее история с Омером может закончиться или продолжиться, быть какой угодно, но ведь ничто не мешает им, Синану и Дефне оставаться друзьями. Чем дольше он так рассуждал, тем сильнее крепло его решение, он позвонит ей, начнет с ней общаться, увидит сына Омера и, возможно, познакомится с ее американскими друзьями. Почему нет? Не давая себе времени на дальнейшие раздумья, он набрал номер Омера и попросил дать ему контакты Дефне, говоря, что хотел бы возобновить общение с ней и поздравить лично с Днем рождения Мерта.
Совещание, запланированное Омером на это день, в полном объеме не состоялось из-за неготовности финансового отдела предоставить отчет о движении средств за текущий год, хотя бы на основе имеющихся за одиннадцать месяцев данных. Календарный год близился к концу, и важно было понять примерные размеры прибыли и чистый доход после уплаты всех налогов. Без этого не имело смысла обсуждать вопросы о возможном финансировании нового проекта, потому что заранее было понятно, что предприятие самостоятельно его не потянет, нужны инвесторы, однако, прежде следовало определить, какой процент собственных средств «Пассионис» может без ущерба для основного производства вложить в развитие новых планов.
Омер хотел заслушать Синана, собиравшегося до его отъезда в Нью-Йорк провести маркетинговые исследования и прикинуть примерные расходы на расширение производства, и тот принес ему подробную аналитическую записку, изложив устный, более краткий вариант выводов, к которым он пришел. Рынок обуви, за счет которой Омер планировал разнообразить ассортимент продукции «Пассионис», был довольно обширным и представлен во всех ценовых категориях, почти все известные производители выпускали подобные модели туфель, их марки были апробированы, хорошо продавались и пользовались популярностью, как у владельцев крупных торговых сетей, так и у покупателей.
Внедриться на этот сегмент рынка было, конечно, возможно, но для этого требовалась очень мощная рекламная кампании в интернете, на телевидении, поддержка СМИ, не стоило сбрасывать со счетов и старые, опробованные методы распространения каталогов среди потенциальных покупательниц в местах, активно ими посещаемых, то есть, салонах красоты, торговых и фитнес - центрах и так далее.